Когда Моргана пришла в себя и осталась с Мерлином наедине она рассказала ему, как все было:
- Наемники стали собираться, чтобы поскорее покинуть это место. Я их отвлекла, чтобы Гвен смогла привести вас. Но они что-то заподозрили и стали связывать мне руки и хотели завязать рот, чтобы я не выдала их место положение своими криками. Я хотела вызвать магию, но у меня ничего не получалось, — её взгляд помутнел и задержался на запястья, где еле заметные следы от веревки виднелись красными пятнами. - Я не понимала, как это делала раньше, это будто само происходило, а в тот момент, когда это было так нужно — я была беспомощна. Эти мысли так разозлили меня, я почувствовала, как эмоции собираются в большой ком в груди: беспомощность, злость, желание спастись слились в одно сильно чувство, которое вырвалось из меня, стоило мне закричать. - Она сжала кулаки. - Последнее, что помню — яркий свет и что меня отбросило в сторону от лагеря наемников, — пока Моргана рассказывала ее голос дрожал и дыхание постоянно сбивалось. - Мерлин я не могла сдержать это! Они все... сгорели из-за меня! Я слышала, что говорил Артур — это даже для него было ужасное зрелище! Я не хочу быть монстром! Они были плохими людьми, но умирать так - это слишком жестоко.
- Я понимаю, — Мерлин сочувствующе смотрел на подопечную короля.
- Ты ведь научишь меня контролировать магию? Я не хочу, чтобы из-за меня умирали люди, не хочу быть убийцей!
Мерлин задумался: «Моргана убила людей и сожалеет об этом, но она еще не контролирует свою силу, а уже делает такие мощные атаки... что если, обретя контроль она станет использовать магию во зло? Килгарра был очень зол, когда узнал, что я открылся Моргане. Что если они с Гаюсом правы и ей не следовало знать, кто она? А если нет? Какой же сложный выбор и принять его я должен сейчас, окончательно и бесповоротно!»
Мерлин глубоко вдохнул, посмотрел в глаза Могане, заглянул в свое сердце, постарался почувствовать, где правильный ответ? Как он должен поступить? Выдох, и решение было принято.
- Да, я помогу Вам!
«Я сделал выбор в пользу Морганы раньше и сделаю его сейчас, я верю, что она не станет злой! Я верю в Моргану!»
План с белкой
Перед сном Артур, обсуждал с Мерлином сегодняшний день. Хотя это нельзя назвать обсуждением, он просто высказывал свои мысли вслух, а когда Мерлин что-то отвечал, то шутил над ним, считая что его слуга не может быть прав в том, что принц ошибается.
- Мерлин, нельзя такое говорить мне! Я принц! За такое казнить тебя давно надо! – важно возмущался Артур.
- Хорошо! Только вещи свои сам тогда стирать будешь! Еще и поиски нового слуги… да и доспехи уже не блестят, тоже сам натирать их станешь? Интересно, как скоро ты найдешь мне равноценную замену, - Мерлина веселило такое положение дел и он понимал, что Артур знает, что не прав, так что ничего не сделает ему, но не повозмущаться он просто не может, в силу своего характера.
Уже перед сном принц предупредил Мерлина о том, что утром им
предстоит отправиться на то место, где нашли Моргану и сто слуге следует выспаться.
- И еще, Мерлин, - Артур обратился к уходящему парню, - не забудь начистить мои доспехи, как ты сам сказал, они уже не блестят.
Юный маг улыбнулся, поклонился и пожелав доброй ночи ушел прочь.
Пришлось применить магию, чтобы начистить быстро доспехи и успеть сделать все до рассвета. Недолго
думая, Мерлин решил первым прийти на место и уничтожить все следы магии Морганы.
Как только замок погрузился во мрак и даже слуги улеглись спать маг вышел
в путь. Пока он шёл сквозь чащу, то продумывал, как можно отвлечь внимание
Артура и рыцарей, которые утром будут осматривать место. Юноша взял с собой
немного пороха, мешки старые и еще по мелочи - все, что смог найти ненужное в
оружейной и то, чего не спохватятся. План подстроить всё так, будто
преступники сами устроили взрыв был первым и не слишком сложным в
исполни, в отличии от других, которые начали появляться у Мерлина в голове.
Нужно было действовать быстро, ведь надо успеть вернуться до того, как Артур
спохватиться своего слугу.
Прибыв на место, Мерлин рассыпал порох, что у него был, просыпал его на мешки
и поджёг их. Так, чтобы остатки пороха были ощутимы. Дело было почти
сделано, оставалось только на трупах бандитов оставить явные следы,