— Я купил тебе платье на субботу, — сообщает он мне как ни в чем не бывало, расстегивая сумку с одеждой, стоя спиной ко мне.
Я бросаю взгляд на красивое вечернее платье, висящее на задней стороне дверцы шкафа. Когда на него падает свет, то драгоценные камни сверкают. Они более редкие сверху, просто узор, образующий контур песочных часов, накладывающийся на темно-серый цвет по бокам и отсутствующий на светло-серой инкрустации. От бедер и ниже платье полностью покрыто ослепительными кристаллами Сваровски.
Это потрясающе. Я уверена, что оно произведет впечатление на всех участников благотворительного мероприятия. Не помню, правда, какое, но знаю только, что Мейсон хочет присутствовать, чтобы обсудить бизнес с рядом инвесторов, и это ежегодный благотворительный вечер, на который я ходила в обязательном порядке в течение многих лет.
Я наблюдаю, пока Мейсон продолжает одеваться, задаваясь вопросом, как он вообще мог подумать о том, чтобы мы вдвоем посетили мероприятие вместе.
— Я не вижу себя там.
Я не могу представить, как стою в комнате, улыбаюсь и веду себя хорошо, когда чувствую себя так паршиво. Когда я в ловушке и загнана в угол. Когда я буквально боюсь за свою жизнь.
Взгляд стальных глаз Мейсона пронзают меня насквозь, как будто он слышит каждую мою мысль, когда я смотрю на его отражение в зеркале.
— У тебя была пара ночей, чтобы все обдумать. У тебя будет еще несколько дней, чтобы прийти в себя, — уверенно говорит он и, отведя взгляд, закрывает ящик, держа носки в правой руке.
— Куда ты идешь? — спрашиваю я его, чувствуя, как в груди зарождается надежда при мысли о том, что он уйдет. Я просто хочу вернуться домой. Эта мысль беспрерывно крутится у меня в голове, как заезженная пластинка.
Его губы сжимаются в тонкую линию, и он медленно поворачивается ко мне лицом, прислоняясь спиной к комоду.
— Ты думаешь, это разумно? — спрашивает он.
Мейсон не двинулся с места, но почему-то кажется, что он стал гораздо ближе, чем был минуту назад.
Я чувствую, как кровь отливает от лица.
— Что ты имеешь в виду?
— Джулс, моя дорогая, — говорит он, кладя одежду на комод и направляясь ко мне.
Кровать прогибается, когда он садится на край, мое сердце колотится от его близости, хотя он и не прикасается ко мне.
— Я все еще тот же человек, которым был, — спокойно говорит он, его голос мягкий, и внутри меня что-то ломается. На его лице появляется печальная улыбка, но она не доходит до глаз.
— Я практически слышу, о чем ты думаешь, — добавляет он, наклонившись.
Тук-тук. Мое сердце замирает, пойманное в ловушку, которая сжимается вокруг него. Я сглатываю и сосредотачиваюсь на том, чтобы успокоиться, чтобы высвободить его из стальных прутьев, пытаясь притвориться, что не знаю, о чем он говорит.
Я качаю головой, отрицая правду, но он протягивает руку, хватает меня за затылок и бедро, удерживает на месте и заставляет посмотреть на него. Это собственнический жест, доминирование, и от этого у меня перехватывает дыхание. Он не был так близок со мной уже несколько дней. Его губы так близки к моим. Как и мое сердце, я в ловушке.
— Я не собираюсь потерять тебя, Джулс.
Он говорит с такой силой, что мир вокруг начинает расплываться.
— Я не уйду, — шепчу я, судорожно вдыхая, хотя даже я могу сказать, что это ложь.
Мои слова так же слабы, как и я, когда дело касается его. Уголки его губ подергиваются, как будто он хочет улыбнуться и притвориться, что я говорю правду, но он этого не делает.
— Я тот же мужчина, в которого ты влюбилась.
Взгляд серо-стальных глаз смягчается, умоляя меня понять и поверить ему, но я не могу. Напряжение между нами велико, но как он может ожидать, что я просто забуду? Когда я смотрю на него, то вижу, как все это повторяется снова и снова.
Я отказываюсь верить, что когда-либо знала этого человека, но сама мысль об этом разрывает мое сердце на части.
Я никогда не смогла бы полюбить убийцу, никогда не смогла бы быть с человеком, который убил Джейса. Боль пронзает мою грудь, и мне приходится отвести взгляд. Как бы мне хотелось вырвать его из сердца и полностью перестать любить, но я знаю, что это тоже невозможно. Частичка моего сердца принадлежит ему навсегда, но это только заставляет меня ненавидеть его еще больше.
Напрашивается вопрос, который следует задать. Я думала об этом каждую ночь с тех пор, как признался.
— Ты знал, когда увидел меня в ту первую ночь? — спрашиваю я его глухим голосом.