Солонцова настроена серьёзно. Может, со стороны это слышится глупо, но она действительно хочет найти крысеныша, сдавшего нам место нахождение убийственной бандуры. Я не вижу ничего, что может остановить меня и запретить согласиться.
— Идёт! — я стукаюсь с ней лбом, разглаживая щеки, — каковы наши первые действия?
— Найти сегодня среди тварей слабое звено и подтолкнуть к безвыходности, припереть к углу. Стянем чужими руками информацию, своими мы сильно рискуем, — она словно ждала очень долго, чтобы высказать эти речи тому, кто будет на её стороне. Эллайна подхватила меня под руку, уводя обратно в люди. Не вижу толку вместе с ней лишний раз задерживаться здесь. — Почему бы не поступить с этими сволочами точно так же, как они с нами!?
Глава 24
Хочу узнать секрет смелости Солонцовой. Идти на поперёк своим страхам и омуту неизвестности, которые нас подстерегают. Когда мы окончили весь разговор, в наших позициях осталась единственная цель: «найти крайнего». Того, кто ради своей жизни будет готов разболтаться, не выдав нас. Мы с Эллианой слишком далеко зашли, но самый рациональный выход из ситуации никогда не будет легким.
— Мы уже задерживаемся. Уверена, им прекрасно видно, что нас с тобой среди толпы не заметно и они отправят хвостов.
— Думаешь, они будут вглядываться в каждого?
— Не думаю, а знаю! — выводит она меня за руку, двигаясь к закускам, — будь у тебя в руках куча речных камушков, ты бы заметила среди них блестящий бриллиант? Конечно, мы в эпицентре внимание этих голодных зверских глаз, Анушка…
В её словах был смысл, пусть и с нотками вычурной философий. Я не любила признавать в себе того, что могли признать другие. Ещё с девства я не любила комплименты в свой адрес, а когда уже начала взрослеть, так и вовсе отвергла понятие привлекательности себя, я обычная, внешностью не выделяюсь, фигура не сексапильная, ничего примечательного. Для особо проникших я казалась симпатичной, странно, что когда мне говорили приятности, я всячески пыталась это оправдать. Неужели я сама же создала комплексы на ровном месте? Осматриваю себя через зеркальное отражение навесного зеркала в виде инсоляций. Я выпрямила спину, зачёсывая прядь назад. Я и в правду… могу быть той, какой могла мечтать. Может, это временно? Стукнёт двенадцать, и мышонок у Тигра снова станет серым и непримечательным.
— Эй, — Элли стукает меня бедром, протягивая бокал с игристым розовым, приподняв белесые брови, — застыла на своей красоте?
— Загляделась. Я так никогда не выглядела, — заикавшись, отпиваю полусухого удовольствия.
— Никогда не видела себя шикарной? Анитушка, ну ты и дурында. Скажи, до нашего инцидента с этими психами у тебя были отношения?
Я чуть не подавилась вином и подняла глаза на замаскированную стену, за которой мы недавно находились.
— Не были. Меня не интересуют отношения. Моей задачей было хорошо жить, вылечить брата, и этого более чем достаточно.
— Надо же. Красивые яблоки достают только те, кто готов забраться на вершину?
— В смысле?
— Не бери в голову! — подмигнув, Солонцова пошла в толпу. Видимо, она уже принялась за наш замысел в поисках слабого звена, — не ищи меня, ладненько? Отправляйся наверх, нельзя им дать и подумать, что мы подозрительно общаемся. Отвлеки внимание. Тебе точно под силу. Хорошего вечера, Анита.
— И тебе, — послала ей воздушный поцелуй, снежная принцесса надула розочкой губы, отвечая вслед.
Я продолжила виться около стола, сложив парочку тарталеток, фруктов на сливочных палочках, и не спеша двинулась к ВИП зоне. Где-то вдалеке я замечала Эллайну и не придавала сильного значения. Проплывая сквозь толпу, вижу стоящего у лестницы к чёрному входу Амира. Он старается не улыбнуться, но всё же уголок нахальных губ приподнялся. Пропустив меня, он склонил голову, чётко произнеся:
— Через тридцать минут выезжаем. Собрание окончено, вопросов Подольскому не задавай.
— Усекла, — скромно ответив, я погружаюсь обратно в темноту. Большая часть тех, кого мне удалось видеть, уже покинули помещение, и за столом переговоров осталось четверо. Ренат, Богачёв, Тагир и неизвестный мне мужлан, старше всей этой компании, так и не отлипавший от виски, держащий при себе бутылку, смело наливающий полный до края бокал. Меня им увидеть ещё не удалось. И я решила оставаться в стороне, присаживаясь на мягкий пуфик, не отлипая от бордовой стены. Я пыталась подслушать их, но меня прервала рыжая спутница старика, окинув брезгливым взглядом сверху-вниз. Она достала тоненькую сигаретку, поджигая дешёвой прозрачной зажигалкой.