Спускаюсь вниз. Миша стоит в коридоре, рядом валяется его дорожная сумка.
Неужто так быстро собрался?
Лера все так же стоит у лестницы, и, кажется, такой бледной я вижу ее впервые. Губы плотно сжаты в тонкую линию, правая щека дрожит от постоянного прикусывания – она всегда так делает, когда нервничает. Глаза… в них невозможно смотреть. И все из-за этого урода.
– Вышел! – беру его под локоть и толкаю к двери.
– Э-э-э-э, руки убрал! – Парень пытается скинуть мои руки, но у него ничего не получается. – Отвали, говорю!
– Лучше уйди. Сейчас, – наклоняюсь ближе и понижаю голос, чтобы меня слышал только он. – Иначе я тебя убью.
Не знаю, как я выгляжу в этот момент со стороны, но угроза действует моментально. Миша нервно поднимает сумку с пола и сам шагает к двери.
– Ухожу, – и перед самым выходом разворачивается и громко кричит: – Знаешь, Лер, а я рад: хоть кто-то мне дал наконец! – Затем поворачивается ко мне: – Думаешь, уйду и она тебе даст? Ага, как бы не так. Нет, ты прикинь, за два года ни разу. Сначала: «Ой, я не готова». Потом: «Мишут, давай дождемся окончания школы». Предложение сделал, думал, хоть тогда даст, а она и тут обломала, уехала в эту дыру. А теперь я еще и крайний оказался…
Выталкиваю парня на улицу. Он продолжает что-то разъяренно кричать. Закрываю дверь, отрезая нас друг от друга. По монитору с камер вижу, как тот бьет ногой по крыльцу и затем исчезает за воротами.
– Ушел? – раздается сзади уставший голос Леры.
– Ушел.
Поворачиваюсь к ней. Она стоит, обхватив себя руками, и слегка покачивается вперед-назад.
– Пойдем, тебе бы еще поспать, – кладу руки на ее плечи.
– Он прав, да? – Лера поднимает глаза на меня. – Я реально дура? Просто я… просто я боялась, я не понимала себя, и я…
Обхватываю ее лицо двумя руками, чуть наклоняюсь и говорю серьезно:
– Лер, только ты решаешь, готова ты или нет. И тебе не должно быть за это стыдно. Поняла меня?
Молчание.
– Поняла? – снова повторяю я.
Лера слабо кивает.
– Отлично. А теперь пойдем, сделаю нам кофе. Башка трещит.
Глава 21
Октябрь 2023 г. Лера
– Вставай, сонная мартышка! – вырывает меня из сна голос Вадима. Следом на голову падает многотонная подушка.
– Тш-ш-ш, – бессвязно прошу тишины. – Уйди.
Вчерашние сутки высосали из меня почти все силы, а сегодняшняя очередная бессонная ночь забрала оставшиеся. И вот когда мне наконец удалось уснуть и хотя бы на пару часов вырваться из эмоционального ада, этот изверг решил меня разбудить.
– Жаль, думал, ты хотела поехать со мной.
– Сегодня у меня нет пар, не обманешь, – спихиваю подушку с лица и переворачиваюсь на живот. – Я. Хочу. Спать.
– Уверена, что только это?
– И сдохнуть.
Хотя бы на месяц, пока острая боль не превратится в тупую.
– Понял.
Вадим плюхается на кровать рядом со мной и начинает медленно и мучительно щекотать икры, пальцами поднимаясь все выше по ногам.
– Ты же не отстанешь, да? – спрашиваю парня.
– Боюсь, что нет.
– Ну и куда ты хочешь меня потащить? У меня, если честно, не то настроение, чтобы куда-то ехать.
– Жаль, я думал, ты захочешь прокатиться со мной в Выселки.
Выселки! Подрываюсь с кровати, чуть не упав из-за закутанных в одеяло ног лицом на пол.
– Десять минут! – выпаливаю и бегу в ванную.
– Пять! – кричит мне вслед Вадим. Пять так пять. Я уже на все согласна.
Сейчас я впервые за эти два дня не думаю о Мише. Меня волнует предстоящая поездка. Только это. Мы едем. Едем в наш семейный дом в Выселках. Вместе. Как и два года назад. И не когда-то там потом, а сейчас. Быстро умываюсь, возвращаюсь в комнату, засовываю в рюкзак сменную одежду и, перепрыгивая через одну ступеньку, спускаюсь на первый этаж.
– Не будем терять времени. – Вадим уже стоит в коридоре. – Кофе купим по дороге.
Согласна. Я сегодня вообще самая послушная и добрая. Садимся в машину, врубаю старый альбом Thirty Seconds To Mars и прилипаю к окну. Ну же! Едем!
Если мне не изменяет память, то дорога займет чуть больше двух часов. Выезжаем из города, закупаемся продуктами в большом супермаркете и затем сворачиваем к «Вкусно – и точка». Вадим диктует заказ, и через несколько минут на моих коленях стоит пакет с сэндвичами, картофельными оладушками и двумя капучино.
– Боже, а говорят, от депрессии нет лекарства, – восторженно мычу от наслаждения, смакуя кусочек горячего картофельного оладушка.
– Знал бы, что тебя так легко развеселить, привез бы вчера к дому грузовик этих оладушков, – фыркает Вадим.