Еще пару минут мы играли друг с другом в гляделки, позабыв о самом маленьком обитателе дома. Тот, впрочем, оказался не из робкого десятка и, доев свой ужин, решил о себе напомнить.
«Мяу» — донеслось снизу.
Потершись о мои ноги, он поднял маленькую головку, потом встал на задние лапки, передними уперся в мою голень, вонзая тоненькие коготки в ткань штанов, и снова пискнул.
Я улыбнулась, нагнулась к котенку и взяла малыша на руки, тут же получив в ответ благодарное урчание животинки. Привлекший внимание пушистик заставил меня на секунду забыть о стоящем передо мной мужчине.
— Мне кажется, ему бы надо обустроить санузел, — напомнил о себе Макс.
Я уже со счета сбилась, сколько раз за этот вечер почувствовала себя круглой идиоткой. О еде я подумала, а о туалете — даже не вспомнила. Блин.
— Сегодня точно не самый мой удачный день, — вздохнув, продолжая в одной руке удерживать котенка, второй я устало потерла лоб.
Нещадно протирая во лбу дыру, я вдруг почувствовала чье-то прикосновение.
— Лиз, расслабься, хватит. Чувствуй себя как дома, ладно? Не надо на меня оглядываться. Вот, бери пример, — кивнув на мелкого и совершенно бесстыжего пушистика, как-то очень мягко проговорил Архангельский.
Да как тут расслабишься?
— Я сейчас что-нибудь найду, и переоденусь заодно.
Едва дождавшись от меня кивка, Максим поспешил удалиться. Все время, пока это еще было возможно, я пялилась ему в спину. Когда он наконец скрылся из виду, я вернула все свое внимание пушистику, довольно прижимающемуся к моей груди.
— Попала я, конечно, — обратилась я к малышу, он тут же поднял свою мордочку и моргнул, будто все понимая и соглашаясь.
Я так никуда и не сдвинулась до самого возвращения Архангельского.
— Ты вроде переодеться собирался, — я просто произнесла первое, что пришло в голову, как только Максим появился в поле моего зрения.
Потом поняла, конечно, что глупость сморозила.
— Планы несколько изменились, — уклончиво ответил мужчина, — вот, нашел в кладовой, — в руке Максим держал небольшой пластиковый контейнер с низкими бортами.
Я его находке удивилась, но вопросов задавать не стала.
— Правда, наполнитель я в доме точно не найду, такого не держим, — почесывая затылок, добавил Архангельский.
Я на мгновение задумалась, а потом мне в голову пришла идея.
— Можно попробовать обычную туалетную бумагу, он смышленый, быстро сообразит, — предложила я, надеясь, что малыш действительно достаточно умен и не станет гадить на пол.
— Можно, пойдем, поставим в туалете.
Не дожидаясь меня, Архангельский вышел из кухни, я, немного помедлив, поспешила за мужчиной.
Импровизированный лоток мы поставили между стеной и унитазом, там как раз оказалось достаточно места. Стараясь не обращать внимания на неотрывно смотрящего на меня Максима, я отмотала внушительной длины кусок туалетной бумаге и принялась рвать его небольшие кусочки.
Котенок все это время сидел рядом, и, иногда поворачивая мордочку то в одну сторону, то в другую, с интересом наблюдал за процессом.
— Ага, для тебя делает, — пробасил Максим, а я как-то не сразу даже поняла, что обращался он к котенку.
Потом мужчина протянул свою большую ладонь к пушистику и двумя пальцами погладил того по маленькой головке.
Почему-то, это простое движение заставило меня улыбнуться. Кто бы мог подумать, что Архангельский будет не против такого вот вынужденного соседства.
— А это вообще девочка или мальчик? — вдруг спросил Максим, и я тут же растерялась.
Замявшись, я перевела взгляд на мужчину и, поджав губы, пожала плечами.
— Ты не посмотрела?
— Нет, — я покачала головой.
Я об этом даже не подумала, просто мысленного называла его малышом или пушистиком. И потом, я даже не знаю, что должна там увидеть.
— Я бы все равно не определила, — призналась я честно.
Макс в ответ улыбнулся, потом бережно взял котенка на руки, перевернул, чуть раздвинул задние лапки и принялся рассматривать… Уж не знаю, что он там пытался рассмотреть у этого крохи.
— Мальчик, — наконец заключил Архангельский и вернул котенка на место.
Малыш, немного постояв, тряхнул мордочкой и побрел к только что сооруженному для него туалету. В контейнер он забрался без помощи, обнюхав все, что можно было, малыш принялся копать себе лунку.
— Действительно смышленый, — добавил Максим, — пойдем, не будем его смущать, — под конец фразы он еще и рассмеялся.