Отчасти, наверное, из зависти.
Дружить с Архангельской хотелось многим, а вот Зойка, почему-то, выбрала себе в подружки ничем непримечательную меня.
Впрочем, пожалуй, я была единственным человеком, не пытавшимся перед ней лебезить и, не страшась высказывать в лицо Зое свое мнение. Так и подружились.
Погруженная в свои размышления, я поправила шарф на шее, подтянула ворот пуховика и ускорила шаг. Уже на подходе к магазину боковым зрением я вдруг заметила какое-то движение справа. Сначала думала, что показалось и уже хотела продолжить путь, когда нечто вновь зашевелилось.
В сгущающихся сумерках, среди окутанных снегом кустов шевелился какой-то темный комочек. Я не сразу распознала в движущемся предмете маленького котенка. Пришлось подойти ближе, но лишь когда малыш издал жалобный писк, до меня наконец дошло, что мне так внезапно попалось на глаза.
Пройти мимо мне просто не позволила совесть. Сцепив зубы, я посмотрела на несчастного звереныша и нагнулась к копошащемуся в снегу котенку. Неуклюжий малыш тщетно пытался выбраться из окружающего его снежного плена. Его жалобный плач отозвался в груди болезненным спазмом.
Маленький и совсем беззащитный он так старался привлечь к себе хоть какое-то внимание. Его писк с каждой секундой, казалось, становился все громче. Крохотные лапки то и дело тонули в снегу.
— И как ты тут оказался? — двумя пальцами я подхватила его за шкирку и подняла над землей, после чего стряхнула с найденыша снег и прижала к себе.
Котенок пару раз жалобно мяукнул, а после, видимо, осознав, что теперь он в безопасности, довольно заурчал, вцепившись коготками в мой пуховик.
Погладив его по маленькой головке, я улыбнулась и тяжело вздохнула. Только этого чуда мохнатого мне сейчас для полного счастья не хватало.
— И что мне с тобой делать, мм?
Малыш в ответ только сильнее вцепился в мой пуховик и попытался вскарабкаться выше, словно опасаясь, что, передумав, я верну его в объятия снежного плена. Дрожа от холода, он все сильнее прижимался, искал тепла в человеческих руках.
Я даже осмотрелась в поисках возможного хозяина потеряшки. Вокруг не было ни души. Откуда взялся котенок и что с ним делать оставалось загадкой.
Бросать на произвол судьбы мне совесть не позволила, слишком маленький, замерзнет и точно не доживет до утра.
Вздохнув, я посмотрела на успевшего вскарабкаться до самой моей груди звереныша, пальцами погладила его по маленькой черной головке, в ответ на что получила вполне однозначное «мур», и усмехнулась.
— Ну вот что с тобой делать? — повторила свой вопрос, а котенок, подняв мохнатую мордочку, будто все понимая, устремил на меня взгляд своих зеленых глаз.
Поругав себя за излишнюю сентиментальность, я расстегнула молнию на куртке и сунула наконец котенка за пазуху.
— Сиди тут, и чтобы ни звука, — приказала мохнатому крохе.
Нет, я, должно быть, сошла с ума. Только кота мне уличного не хватало.
Котенок тем временем моргнул, забавно тряхнул мордашкой и, будто в самом деле поняв, чего от него хотят, тут же вцепился коготками в свитер, заурчал еще громче и устроился поудобнее.
— А ты сообразительный, да? — не сумев сдержать улыбки, я обратилась к урчащему зверенышу.
Меня всегда удивляла способность котят издавать столь громкие звуки. Казалось, все пространство вокруг наполнилось его довольным урчанием.
Вот так со спрятанным под курткой котенком я зашла в магазин и сразу же бросила настороженный взгляд на работницу за кассой. Девушка в свою очередь только кивнула и тихо поздоровалась. Облегченно выдохнув, я поздоровалась в ответ и, чтобы не привлекать к себе внимания, спешно направилась к стеллажам.
Минуты две я бестолково слонялась между полок в поисках хлеба, котенок все это время спокойно сидел под курткой, продолжая тихонечко урчать.
— И тебе нужно что-то взять, да? — шепотом я снова обратилась к малышу.
К счастью, в магазине отыскались и консервы для животных. Выбор был невелик, цены кусались, но делать было нечего. Не колбасой же его кормить, нельзя им вроде.
Быстро взяв все необходимое, я подошла к кассе. Девушка за кассой снова приветливо улыбнулась и уже собралась пробивать товар, когда звереныш под моей курткой вдруг зашевелился, пискнул и принялся карабкаться выше. Спустя мгновение маленькая темная мордашка уже выглядывала из-под воротника пуховика.
Работница недоуменно взглянула сначала на котенка, потом на меня.
Сказать, что мне я почувствовала себя крайне неловко — значит ничего не сказать.