Рррррр... Надо остановиться, она мне потом этого не простит, хоть и хочет меня до одури, чувствую это. Но я и сам не хочу трахать её в машине, нет, разумеется, хочу, но не в первый раз. Применив недюжую силу воли, отрываю себя от неё. Агния возбужденно дышит, зрачки расширены, волосы взлохмачены, а на щеках румянец. Смотрит на меня дикими глазищами, губы свои облизывает. Да, бля... Малыш — это запрещенный прием! Собрав всю волю в кулак, говорю:
- Пойдем, провожу.
Открываю дверцу своей спортивной тачки, помогаю ей выбраться. Веду до подъезда и чмокаю в нос. Зарываюсь в её шикарные волосы, наполняю полные легкие её ароматом, мне это жизненно необходимо.
- Агния мне, разумеется, очень льстит то, что ты меня ревнуешь, но это всё беспочвенно. Нет, у меня никого, и никто не нужен. Прекрати думать о такой хрени, тебя одну хочу, пипец как, — и в доказательства накрываю её рукой свой пах, там — восстание машин.
Даже в темноте вижу, как моя девочка краснеет, фыркает и отводит взгляд. Да, малыш, это всё из-за тебя.
- До завтра, — и подтолкнув её к подъездной двери, развернувшись, ухожу.
Глава 12 Я загадала тебя
12
POV Агния
«Я загадала тебя»
Захожу домой и, не разуваясь, иду на кухню. Наливаю себе бокал вина, выпиваю его практически залпом.
Что это было?
Может, мне приснилось?
Ущипнула себя за бок, нет, вроде не сплю.
Артём Дмитриевич, мать его, Макарский ворвался в мою жизнь и за десять минут смел все барьеры, которые я выстраивала два года.
Сегодня он перешел в активное наступление. Одно дело цветы и конфеты, совсем другое тактильный контакт и поцелуи.
Аррррр. Трогаю свои губы, они припухли и все еще горят от соприкосновения с его. Как же было вкусно, меня никто и никогда так не целовал. Наедине с собой можно ведь признаться.
Я возбуждена. Сильно. Его прикосновения, его запах, то, как он смотрел на меня – это все будоражит и рождает запретные желания.
Я его ХОЧУ! Низ живота приятно тянет, чувствительные соски набухли и трутся об платье, между ног скапливается влага – я теку. Теку от мыслей о нём.
У меня давно не было секса, а тот, который был, и сексом-то назвать нельзя, бывший муж не отличался фантазией и разнообразием. Секс с ним всегда был на уровне физиологии, а мне хотелось на чувствах и эмоциях. Чтобы долго, томно, сладко.
Все дело в Макарском. Мое тело моментально реагирует на него. Я, как течная кошка, не знаю, обо что потереться. Артём так смотрел на меня сегодня, я чувствовала его взгляд на своей коже, как физическое прикосновение. При этих воспоминаниях кровь закипает, а в теле зарождается дикое желание.
Пытаюсь отогнать от себя все ненужные мысли. Раздеваюсь, привожу в порядок кухонную зону и иду в душ, хочу смыть с себя прокуренные ароматы клуба.
Стоя под горячими струями воды, понимаю, что снова думаю об Артёме, о его губах и руках. О его словах «Тебя одну хочу». Закрываю глаза и глажу грудь, соски прошибает возбуждение. Я похотливая сучка, которая снова течет. Глажу свое тело, представляя, что это его руки. Спускаюсь вниз к лобку и раздвигаю мягкие складочки, они сочатся влагой. Клитор болезненно пульсирует, требуя разрядки. Одной рукой щипаю себя за соски, другой играю со своей киской. Мне так хорошо, отпускаю себя и ловлю удовольствие. В моих мечтах все это делает со мной он. Горячая волна накрывает. Удовольствие, скопившееся в одной точке, находит выход, и я ярко, громко и бурно кончаю. Меня трясет, все тело содрогается в конвульсиях удовольствия. Ноги подкашиваются, оседаю на пол душевой кабины и начинаю плакать.
Невероятный оргазм с мыслями об этом мажоре, да, Ага, докатилась ты.
12.1
12.1
***
Ожидаемо сплю плохо. Все мои мысли и во сне, и наяву заняты им. Просыпаюсь с синяками под глазами, тревожностью и нервозностью.
Искренне надеюсь, что Артём вчера пошутил и я проведу это утро без него.
Я боюсь. Нет, не Артёма. Себя боюсь. Боюсь влюбиться, боюсь, что он разобьет мне сердце, а он точно разобьет.