Алиса почувствовала, как по щекам разливается горячая краска. В этот момент в комнату вернулся Алекс. Он мгновенно оценил ситуацию – близко стоящего Кирилла и пунцовую Алису – и нахмурился.
– О чем вы тут шепчетесь?
– Ни-ни о чем! – пробормотала Алиса, заливаясь краской еще сильнее. – Мне… мне надо подумать. Пойду работать.
И она, не глядя на них, выскочила из кабинета и сбежала вниз, в гостиную. Алиса опустилась за свой рабочий стол, уставившись в пустой экран ноутбука. В ушах звенело. “Обязана проживать в одном доме с работодателем”. И как она не увидела эту фразу? Почему невнимательно прочла? Вот хитрец! Бессовестный, расчетливый хитрый лис. И почему от этой мысли у нее перехватывает дыхание не от возмущения, а от чего-то теплого и щемящего в груди? Она обхватила голову руками, пытаясь собраться с мыслями. Перед ней стоял выбор, которого она, кажется, боялась и ждала одновременно.
До вечера Алиса старательно переводила, уткнувшись в экран, и делала вид, что не замечает мужчин, снующих по дому. Они спустили вниз оставшиеся коробки, за ними приехала машина, и грузчики быстро погрузили все внутрь. Кирилл, уже в куртке, махнул ей на прощание из дверного проема:
– Алиса, я поехал. Буду ждать тебя в столице! Не задерживайся! – и скрылся за дверью.
Наконец Алиса закончила последний абзац. Она подняла голову, потянулась и решила подняться наверх – нужно было передать приглашение на ужин. Но, подняв глаза, она увидела Алекса. Он стоял на лестнице, облокотившись на перила, и смотрела на нее. Не изучающе, а просто наблюдал. И когда их взгляды встретились, на его лице расплылась редкая, открытая улыбка. Не хитрая, не сдержанная, а теплая и какая-то… счастливая.
Алиса хотела сохранить серьезное, даже слегка недовольное выражение лица, но ее собственные губы предательски потянулись вверх в ответ. Сердце ёкнуло. Она проиграла, даже не начав сопротивляться. Он спустился к ней, и его тень накрыла стол.
– Хотела поговорить? – спросил он, в его голосе звучала тихая уверенность.
– Как ты узнал? – выдохнула Алиса.
– Ты для меня – открытая книга, – просто сказал он. – Особенно когда сосредоточенно что-то обдумываешь и теребишь кончик ручки. Или, когда собираешься сказать что-то важное и дышишь чуть глубже обычного.
Алиса сдалась. Она рассказала про ужин в субботу, про мамино желание его отблагодарить и про папино скептическое, но уже не враждебное любопытство.
– Папа… он хочет увидеть тебя. Присмотреться. Он бывший полковник, привык все контролировать. Так что…
– Я обязательно приду, – прервал ее Алекс, в его глазах вспыхнул неподдельный интерес. – Я и сам хотел познакомиться с твоими родителями. С людьми, которые вырастили такую…– он запнулся, подбирая слова, – такую сильную и наблюдательную девушку.
Алекс решил отвезти ее домой. Машина остановилась у знакомого подъезда, но оба не двигались, словно завороженные тишиной и уединением салона. Алекс повернулся к ней, его пальцы снова нашли ту самую непослушную прядь у ее виска. Он медленно, почти ритуально, заправил ее за ухо. Прикосновение его подушечек пальцев к нежной коже у края ушной раковины вызвало волну мурашек, пробежавших по шее и спине. Алиса замерла, боясь пошевелиться.
– Расскажи, – тихо проговорил он. – Что любят твой отец, мать, сестра?
Голосом, в котором дрожали нотки, она перечислила:
– Папа – рыбалку, покой и мамин пирог с вишней. Мама – готовить, свой огород и когда мы все собираемся вместе дома. Соня – веселиться, шумную компанию, модные тряпки и дразнить всех вокруг.
– А ты? – его вопрос прозвучал еще тише. Он наклонился чуть ближе. – Что любишь ты, Алиса?
Она подняла на него глаза, и ее дыхание перехватило. Расстояние между их лицами сократилось до считанных сантиметров. Его теплое дыхание коснулось ее лица. В его серых глазах она увидела не привычную сталь, а теплый, глубокий сумрак, полный вопроса и какого-то беззвучного обещания. Он прикоснулся большим пальцем к ее нижней губе, едва касаясь, проводя по ней. Мир сузился до этого прикосновения, до его нежного взгляда, до биения собственного сердца.
Алекс медленно наклонился к ней, глядя прямо в глаза. В этот момент резкий, настойчивый стук костяшками пальцев по стеклу водительской двери разорвал волшебный момент. Алиса вздрогнула и отпрянула, как ошпаренная. Алекс замер, и его лицо в полумраке мгновенно стало каменным. Он медленно повернул голову к окну.