– Он не изолирует меня! Он защищает! – парировала Алиса, ее голос зазвучал тверже. – И он не смотрит на меня как на вещь. Я сама… – она запнулась, подбирая слова. – Илья, мы уже говорили с тобой. Мы – друзья. Только друзья. Как брат и сестра. Так было и так будет.
– Потому что он появился, – горько бросил Илья.
– Нет! – ее слово прозвучало так резко, что он вздрогнул. Она наклонилась через стол, понизив голос, но каждое слово било точно в цель. – Даже если бы Алекса не было в моей жизни, ничего бы, между нами, не изменилось. Я не испытываю к тебе таких чувств. А к нему – да. Я люблю его. По-настоящему. И это мой выбор.
Она откинулась на спинку стула, чувствуя, как дрожат руки, но внутри было странное, болезненное облегчение. Правда, наконец, была сказана вся, без недомолвок.
Илья смотрел на нее несколько долгих секунд. Гнев и ревность в его глазах медленно таяли, сменяясь болью, а затем – усталым принятием. Он отвернулся, сжав пальцами переносицу.
– Я все понял, – наконец выдохнул он глухо. – Извини. За… за все. За мой перевод, за свое поведение. Ты права. Я вел себя непрофессионально и глупо. Постараюсь больше этого не допускать. Как коллега.
– Как друг, – мягко поправила его Алиса.
Он кивнул, не решаясь взглянуть ей в глаза.
– Как друг.
Они допили остывший кофе, поговорив еще несколько минут о чем-то нейтральном, но прежней легкости между ними уже не было. Расплатившись, они вышли на улицу. Илья коротко попрощался и ушел быстрым шагом, не оглядываясь. Алиса, вздохнув, достала телефон, чтобы вызвать такси.
Она не заметила, как из-за руля припаркованной через дорогу невзрачной машины за ней наблюдали. Водитель, в темных очках и кепке, низко надвинутой на лоб, до крови впился ногтями в дерматиновый руль. Его дыхание участилось. Он только что видел, как она говорила с другим мужчиной. Слышать не мог, но видел ее оживленное лицо, ее серьезное выражение, ее наклон к собеседнику. И потом он видел, как этот мужчина ушел расстроенным. Она его отвергла.
На первый взгляд, это должно было радовать. Но нет. Его, “Жениха”, охватила бешеная, черная ярость. Она осмелилась встретиться с другим. Улыбаться другому. Тратить свое время и внимание на кого-то, кроме него. Он завел двигатель и медленно тронулся вслед за такси, в которое села Алиса.
****
Через неделю жизнь вошла в новый, хрупкий ритм. Утром Алиса провожала Алекса в лабораторию, стоя на пороге.
– Есть что-то новое? – спросила она, поправляя ему воротник пальто.
– Кирилл подтвердил, – ответил он, целуя ее в лоб. – Все девушки так или иначе связаны с той фирмой. Кто-то работал, кто-то был просто клиентом. Теперь ищем пересечения в персонале за последние пять лет. Процесс не быстрый. Пока ничего. Но мы найдем.
– А, Соня сегодня приезжает, – напомнила Алиса, улыбаясь. – Такси приедет через час.
– Тогда удачного дня, – он поцеловал ее уже всерьез, долго и нежно, и вышел за дверь.
Алиса принялась готовить для сестры пышный завтрак. На столе уже пахло кофе и свежей выпечкой, когда пришло сообщение: “Подъезжаю!”. Почти одновременно раздался звонок в дверь.
Алиса бросилась открывать, ее захлестнула волна домашнего тепла при виде смеющейся Сони.
– Сестренка! – они обнялись, топая на месте от радости.
– Вот, держи, – Соня сунула ей в руки аккуратную картонную коробку среднего размера, перевязанную простым шпагатом. – Как я подъехала, курьер хотел оставить у двери. Я забрала, это тебе.
Алиса взяла коробку, и первое, что она сделала – повернула ее, ища данные отправителя. Были только ее имя и адрес. Ничего больше. Легкая тень тревоги скользнула по ее лицу, но Соня, уже сбросившая куртку, без умолку тараторила:
– Ты не представляешь, как я рада! У меня для тебя сюрприз такой, что ты просто обалдеешь! Прямо…
Алиса, не слушая, развязала шпагат и сняла крышку. Ее улыбка застыла, а затем мгновенно сползла с лица, сменившись ледяным ужасом. Внутри, на слое упаковочной бумаги, лежала женская сумка. Не новая. Замша была местами протерта, а на поверхности и в складках налипли мелкие песчинки и комочки темной, слежавшейся земли.
– Что за хрень? – недоуменно фыркнула Соня, заглядывая через плечо.
Алиса не ответила. Ее руки задрожали. Она поставила коробку на стол, как будто она была раскаленной, и резко повернулась к сестре, хватая ее за плечи.
– Кто принес ее? Ты видела его? Запомнила лицо? Машину?