Они действовали, как настоящие заговорщики. Алекс привез каталку, Алиса, превозмогая слабость и головокружение, натянула одежду и ботинки. Он усадил ее в кресло-каталку, накрыл одеялом до подбородка и, стараясь выглядеть максимально обыденно, повез ее по коридорам.
Алиса прикрыла глаза, притворяясь спящей, и слышала, как его сердце колотится чаще обычного. Они проехали мимо поста медсестер, свернули к лифту, потом – к выходу. У самых дверей Алекс оставил каталку, подхватил Алису на руки и вынес на улицу, где уже ждало такси.
Посадив ее на заднее сиденье, он сел рядом, крепко обнял за плечи и сказал водителю адрес. Машина тронулась. Алиса прижалась головой к его плечу, глядя на мелькающие за окном уютные огни города. Они сбежали. Из больницы, из кошмара. Домой.
Эпилог
Машина остановилась у подъезда, куда Алиса когда-то бежала в страхе, а теперь возвращалась, держа за руку своего любимого, свою опору и друга.
– Алекс, быстрее! Мы опаздываем! – Алиса, сияющая в элегантном темно-бордовом платье, потянула его за рукав пиджака.
Он улыбнулся ее нетерпению, поправив галстук, последовал за ней. Квартира встретила их шумом, смехом и запахом праздника. Мама, увидев их, всплеснула руками и бросилась обнимать.
– Мои родные! Наконец-то! Алиска, беги к сестре, она там на грани истерики. Алекс, проходи, папа ждет на балконе, что-то хочет тебе показать, – и она уже потащила слегка ошалевшего Алекса в гостиную.
Алиса постучала в дверь комнаты и вошла. Соня, в облаке белого атласа и кружева, сидела перед зеркалом, но ее отражение было надутым и испуганным.
– Все пропало, – трагическим шепотом произнесла она, увидев сестру. – Кольца. Я забыла их в Москве. Они лежат на тумбочке у Кирилла… в нашей квартире.
Алиса не выдержала и рассмеялась, подойдя и обняв сестру за плечи. Их отражения – одна в белом, другая в темно-бордовом – улыбнулись друг другу в зеркале.
– Успокойся, невеста. Кирилл неделю назад передал их на хранение Алексу. А Алекс положил их во внутренний карман пиджака. Я проверяла. Они тут. Все под контролем.
Соня выдохнула с таким облегчением, что, казалось, все платье вздохнуло вместе с ней.
– Спасибо. Я просто… все вылетело из головы. Так странно – не бояться, но бояться, что что-то пойдет не так, когда все уже так хорошо.
****
Роспись в ЗАГСе была скромной и по-настоящему теплой. Кроме родителей и Алисы с Алексом, были несколько друзей молодых, Илья и пару коллег Кирилла. Когда прозвучало долгожданное “Объявляю вас мужем и женой”, и Кирилл, не дожидаясь разрешения, поцеловал свою Соню, в зале раздался смех и аплодисменты. А когда невеста, сияя, бросила букет, он неожиданно для всех прямой наводкой полетел в руки Алисе. Она поймала его, слегка смутившись, а Алекс лишь приподнял бровь, в его глазах мелькнула знакомая ей усмешка.
Ужин в уютном ресторане прошел в бесконечных тостах, воспоминаниях и планах на будущее. Когда молодые, прощаясь, уезжали в гостиницу, Соня обняла сестру и прошептала ей на ухо:
– Теперь твоя очередь выходить замуж. Не заставляй себя долго ждать.
Алиса только улыбнулась в ответ, ничего не обещая.
Вечером они с Алексом решили пройтись по тихому, молчаливому городу. Они шли молча, просто наслаждаясь присутствием друг друга и миром, который, наконец, перестал быть враждебным.
– Может, и нам пора? – вдруг тихо спросил Алекс, не глядя на нее.
– Куда? – не поняла Алиса.
– Пожениться. Мы же все равно живем вместе. Любим друг друга.
Он остановился и повернул ее к себе. Его лицо в свете фонаря было серьезным, а в глазах горел теплый, нежный огонь, который она видела только в самые важные моменты.
– Я хочу увидеть тебя в самом прекрасном платье на свете. И надеть на твой палец красивое кольцо. Не как символ собственности, принадлежности. Как символ… моего выбора. Нашей с тобой любви.
Алиса смотрела на него, и сердце ее наполнялось до краев тихим, абсолютным счастьем. Страхи остались в прошлом. Будущее было чистым листом, и она хотела писать его только с ним.
– Это что, предложение, профессор, Штерн?
– Да, – просто ответил он. – Самое важное в моей жизни.
– Тогда да, – прошептала она. – Я согласна.
Алекс притянул ее к себе, крепко обнял, спрятав лицо у себя на груди, вдыхая запах любимых волос. А потом опустил голову и нашел ее губы. В этом поцелуе была тишина прошедшей бури, тепло настоящего и безграничное доверие к завтрашнему дню. На них мягко падал лунный свет, как благословение, и казалось, что весь затихший город замер, чтобы стать свидетелем их тихого, абсолютного счастья.