Или мне всё это только кажется в похмельном бреду? Тьфу, чёртовщина какая-то.
— Думаю, нам стоит познакомиться ещё раз. Я — Андрей, — нарушает он затянувшуюся за столом паузу.
— Ясмина, — представляюсь официально, обозначая неготовность к близкому знакомству.
Да уж. Надеюсь, у наших тел вчера это самое «близкое знакомство» всё же не состоялось!
— Андрей, вы меня извините, но я, честно, не помню, как очутилась у вас, — решительно начинаю я разговор, делая небольшую паузу, чтобы перевести дыхание и собраться с мыслями. — Обычно я не позволяю себе такое поведение и не просыпаюсь с незнакомыми мужчинами в одной постели, — оправдываюсь, чувствуя себя глупо.
— Раз ты решила об этом поговорить, — он откидывается на спинку стула, — между нами ничего не было. Я имею в виду — секс.
Облегчённо выдыхаю. И получается это чуть громче, чем хотелось бы.
— Я не трахаю пьяных девушек.
Звучит, казалось бы, достаточно грубо, но уголков его губ касается лёгкая, почти неуловимая усмешка. А в его взгляде какое-то странное, изучающее спокойствие.
Тогда зачем я здесь, в его квартире? — этот вопрос вертится в голове, но произнести его вслух я так и не решаюсь.
Краска приливает к моему лицу. Боже, мне никогда не было так стыдно.
— Ты уснула в моей машине, свой адрес назвать не успела. Поэтому я привез тебя к себе, — поясняет Андрей, словно прочитав мои мысли.
— Ты всех спящих девушек к себе привозишь? — выпаливаю, прежде чем обдумать, и тут же замолкаю.
— Ты первая, — Градский просто и сдержанно отвечает на мой вопрос.
Ты первая…
Мгновенно жалею о сказанном и решаю оставить его слова без внимания. В конце концов, меня его личная жизнь абсолютно не касается.
Его темные глаза не перестают пытливо меня сверлить. Ощущение, что, наблюдая за моей реакцией, Градский делает какие-то важные, понятные только ему одному выводы.
Спустя некоторое время, напряжение между нами немного спадает, и мы умудряемся найти общие темы. Разговор за обедом течет непринуждённо и у меня даже получается по-настоящему насладиться вкусом еды. Лазанья оказывается безупречной, а эклеры — именно такими, за которые можно продать душу.
— Спасибо, что накормил, но мне уже пора, — стараюсь вежливо свернуть наше затянувшееся знакомство. — Но мне уже пора.
— Твои вещи в гостиной на диване. Переодевайся, и я отвезу тебя, куда скажешь. Только дай мне десять минут принять душ и собраться.
Боюсь даже вспоминать, почему мои вещи оказались в гостиной, а не в спальне, где я провела ночь. Но решаю благоразумно не уточнять этот момент. Андрей, будто снова прочитав мои мысли, растягивает губы в еле заметной, понимающей улыбке.
— Я скоро, — бросает мне и направляется в сторону ванной.
А я растерянно провожаю его широкую спину взглядом, чувствуя, как по коже пробегает холодок.
Тебе пора, Яся. Беги! — твердит мой внутренний голос.
Прислушиваюсь к шуму воды в ванной. Быстро впрыгиваю в свой вчерашний наряд, схватив сумочку и туфли. Стараясь не шуметь, буквально убегаю из чужой квартиры, на ходу вызывая такси в приложении.
Уже в такси я наконец выдыхаю. Но на коже до сих пор осталось ощущение его взгляда и мягкого хлопка его футболки.
Глава 8
Ясмина
Такси останавливается около шлагбаума моего дома. Коротко благодарю водителя и почти бегом спешу в сторону подъезда.
Всю дорогу я переваривала то безумие, в которое умудрилась вляпаться. Пыталась разложить эту ситуацию по полочкам, но они постоянно рушатся под весом моих эмоций. Нужно выдохнуть. Ничего, по сути, страшного не случилось. Подумаешь, провела ночь в чужой квартире. Ну, уснула не там... с кем не бывает?
Закатываю глаза, сама не веря, что допускаю такие легкомысленные мысли в собственной голове. Это всё навязанный мамой ещё с детства проклятый синдром отличницы. Любой свой промах я привыкла воспринимать как настоящую катастрофу. Точно, это именно он сейчас вгрызается мне в затылок и не даёт просто расслабиться.
Как же мне иногда хочется стать такой же, как Ника — жить в моменте, не переживать ни о чём и плевать на то, что обо мне подумают другие. Просто свободно дышать.
Повезло, что Градский оказался порядочным и не воспользовался моим невменяемым состоянием. А ну да…
«Я не трахаю пьяных девушек».
Уфф!
Его низкий, чуть с хрипотцой голос до сих пор вибрирует где-то под кожей. От одного только воспоминания о нем и его раздевающем взгляде по моему телу пробегает табун мурашек.
Тихий сигнал оповещает о прибытии лифта на нужный этаж.