Семь вечера.
Паркую машину у дома моей Яси.
Пора начинать самое главное сражение в моей жизни. Сражение за её сердце.
Глава 15
Андрей
Подъездная дверь открывается и выходит она.
Ясмина.
Замираю, забыв, как дышать.
Рука, уже потянувшаяся к дверной ручке, застывает в воздухе.
Я видел её разной: пьяной и раскрепощенной в соблазнительном платье, беззащитной в моей футболке, строгой и колючей в офисном костюме, но сейчас… сейчас она — мой персональный сорт безумия.
Шелковое платье цвета спелой вишни облегает её фигуру, как вторая кожа. Тонкие бретели, открытые плечи и этот шелк, который струится при каждом её движении, обещая так много и не давая ничего.
Она выглядит как вызов.
Как самый прекрасный грех, за который я готов заплатить любую цену.
Медленно выхожу из машины, не сводя с неё глаз.
Она идет на высоких шпильках, чеканя шаг, и я вижу, как напряжена её спина.
Моя маленькая, гордая Яся.
Вышла на бой, даже не подозревая, что я уже сдался ей без боя ещё год назад в «Неоне».
Останавливаюсь в паре шагов, преграждая ей путь.
— Думаю, мне стоит пересмотреть свои планы на ужин, — мой голос звучит непривычно хрипло. — В таком виде тебя опасно выводить в свет, Ясмина. Я рискую провести весь вечер, отбиваясь от конкурентов, которые захотят украсть мой главный трофей.
Вижу, как она вздрагивает от слова «трофей», как вспыхивает в её глазах протест. Она вскидывает подбородок, обжигая меня своим взглядом.
— Неужели Андрей Градский чего-то боится? — парирует она, и в её голосе я слышу ту самую дерзость, которую так ждал.
Сокращаю дистанцию, подходя вплотную. Цветочный аромат духов кружит голову. И наклонившись к самому её уху, касаюсь губами волос.
— Я боюсь только одного, Яся. Что этого вечера окажется слишком мало, чтобы насладиться тобой.
Она не отстраняется. Непроизвольно облизывает губы, глядя на меня снизу вверх. Это движение — как спусковой крючок. В штанах становится невыносимо тесно.
Бля...
Открываю перед ней дверь внедорожника, помогая сесть. Мои пальцы на мгновение задерживаются на её локте, и я чувствую, как её прошибает ток.
Нас обоих трясёт.
Сажусь за руль и завожу мотор.
В этот момент, где-то на другом конце города, Загорский, вероятно, уже рвёт на себе волосы в пустом ресторане, окруженный своими бесполезными «связями». Но мне на него плевать.
— Готова? — спрашиваю я, разглядывая её безупречное лицо.
— К чему? К ужину или к твоим провокациям? — она смотрит прямо перед собой, сжимая в руках маленькую сумочку.
— К тому, что после этого вечера твоя жизнь никогда не будет прежней, — включаю передачу и плавно выезжаю со двора.
Мы едем в «Вершину».
В ресторан, который я закрыл только для нас двоих.
Хочу, чтобы там не было никого. Только я и она.
Хочу видеть каждую её эмоцию, читать её взгляды, слышать каждый вздох и знать, что в этот вечер она только моя.
Ясмина
Огромные стеклянные двери «Вершины» распахиваются перед нами, и я застываю на пороге.
— Ты серьезно? — поворачиваюсь к Андрею, и мой голос эхом разлетается по пустому залу. — Закрыть целый ресторан?
Он мягко подталкивает меня в спину, направляя к столику. Его ладонь на моей пояснице обжигает даже сквозь шелк.
— Не хотел, чтобы кто-то или что-то отвлекало нас сегодня, Ясмина, — он помогает мне сесть, ненадолго задерживаясь за моей спиной, прежде чем отойти к своему креслу. — Здесь нас никто не услышит. И никто не увидит.
То, что Градский закрыл целый ресторан ради одного ужина со мной, зная о моем статусе «невесты», вызывает во мне гремучую смесь чувств: яростное возмущение и невольное восхищение.
Эта приватность пугает меня больше, чем толпа журналистов.
Нервно сжимаю в руках салфетку, чувствуя, как ладони становятся влажными.
— Ты так смотришь на меня, будто ждешь подвоха, — Андрей садится напротив и наливает вино в бокалы. — Расслабься, Яся. Сегодня мы просто ужинаем.
— Просто ужинаем? — я поднимаю бокал, стараясь, чтобы рука не дрогнула. — Закрытый ресторан, лучший вид на город и «просто ужин»? Ты же понимаешь, что Загорский бы этого не одобрил.
При упоминании Рената лицо Андрея на мгновение каменеет, но он тут же возвращает себе невозмутимый вид.
— Загорский сейчас занят гораздо более важными вещами, — в его глазах вспыхивает холодная усмешка триумфатора, которую я не до конца понимаю. — А мы здесь. И я хочу поговорить не о твоем женихе. И даже не о проекте отеля.