Нужно услышать её. Сейчас. Немедленно. Нужно всё исправить.
Прошло уже десять минут, а я всё продолжаю тупо смотреть на экран, раз за разом нажимая на вызов. Кабинет заполняет мёртвая тишина, которую прерывает лишь мой собственный тяжёлый выдох.
То, что Яся меня заблокировала, доходит не сразу. Сначала списывал это на плохую связь, севший телефон… что угодно, лишь бы не признавать очевидное. Но реальность оказывается куда проще и беспощаднее.
А чего ты ждал, Градский? — с издёвкой нашептывает внутренний голос. — Что она бросится слушать твои нелепые оправдания после того, как ты демонстративно проигнорировал её?
Блять. Сам выстроил эту долбаную стену, а теперь расшибаю об неё лоб.
Снова набираю Лену. Сухо и отстранённо, прошу перенести все сегодняшние встречи на неопределённый срок и заказать билет на ближайший рейс обратно в Москву.
В голову приходит импульсивное решение — встретиться с Ланой и прямо сейчас вправить ей мозги. Но в последний момент с трудом одёргиваю себя. Боюсь, что в таком состоянии просто не сдержусь и натворю того, о чем позже могу пожалеть. Оказывается, я чертовски недооценил Соколову. Принимал её за навязчивую и глупую куклу, а она разыграла всё как по нотам. Обязательно разберусь с ней позже, чтобы она раз и навсегда усвоила: со мной такие игры не проходят. Дорого ей обойдётся эта попытка сыграть за моей спиной.
Набросив на плечи пиджак, выхожу на улицу и вдыхаю свежий альпийский воздух. Нужно заехать к родителям. Как раз успею навестить их перед вылетом.
Мама наверняка ждёт, готовилась к моему приезду и, как обычно, наготовила на целый полк. Она так искренне радуется моим визитам, что я просто не имею права её огорчать. Нужно сжать зубы и притвориться самым спокойным человеком на свете. Ради неё.
***
В родительском доме, время течёт иначе — медленно и спокойно. Но впервые привычные запахи домашней еды и это особенное тепло, которое бывает только здесь, не приносят мне удовлетворения. Мама, как я и ожидал, накрыла стол на целую армию, сияя от радости, что я наконец-то выбрался к ним.
— Андрей, у тебя всё хорошо? — осторожно спрашивает она, подкладывая мне в тарелку ещё один кусок пирога. — Ты здесь, с нами, но мысли твои явно где-то далеко... — тяжело вздохнув, мама подбирает правильные слова. — В последнее время твоё имя так часто упоминается в прессе…
Выдавливаю из себя подобие улыбки, наконец улавливая, к чему она клонит.
— Ясмина Бехметова — моя будущая жена, мам. В следующий раз я вас обязательно познакомлю, — констатирую.
В столовой повисает тишина. Опешившая мама замирает с вилкой в руке, не сводя с меня пристального взгляда.
— Ты сейчас серьезно? — не веря, переглядывается с отцом.
— Более чем. Разве такими вещами шутят?
Встречаюсь глазами с отцом. Вижу, как в его голове мгновенно запускаются мысленные процессы — он всегда просчитывает ситуацию на десять шагов вперед.
— Я правильно понимаю, что Загорские теперь не просто наши конкуренты по бизнесу, но и считают нас личными врагами? — иронично бросает отец, ухмыляясь. В его голосе нет осуждения, скорее молчаливое одобрение и негласная поддержка.
Его тон вызывает у меня невольный ответный смех.
— Даже думать об этом не хочу, — откидываюсь на спинку стула, позволяя себе расслабиться.
— Я так рада за тебя, сынок, — мама накрывает мою ладонь своей, тепло улыбаясь. — Она такая красавица.
Красавица… Моя девочка. Только моя.
Мысленно снова переношусь к ней, и меня буквально скручивает изнутри. Как же без неё хреново. Просто невыносимо. Каждая клетка тела требует её присутствия, её запаха, той неисчерпаемой энергии, которая подпитывает меня.
Внезапная вибрация в кармане пиджака не даёт окончательно погрязнуть в этих мыслях.
— Это по работе, — спешно поднимаюсь из-за стола и выхожу в коридор, прижимая трубку к уху. — Слушаю!
— Андрей Алексеевич… плохие новости, — напряжённый голос Игната заставляет меня мгновенно подобраться. — Мы потеряли Ясмину.
По моей спине пробегает ледяной холодок.
— Повтори, — чеканю в трубку. — В смысле — потеряли?
— Она вызвала такси в аэропорт. Но регистрацию на рейс так и не прошла.
— То есть моя женщина собиралась покинуть страну, а я узнаю об этом только сейчас? — мгновенно взрываюсь. — Я просил тебя об одном, Игнат. Присматривать за ней!