Влетаю в офис без звонка, на ходу отодвигая секретаршу, преграждающую мне путь. В кабинете Бехметова — оглушительная тишина, которая сейчас меня только лишний раз напрягает.
Владислав Борисович даже бровью не ведет на возню у дверей. Лишь спустя пару секунд медленно поднимает голову от бумаг и так же неспешно откладывает ручку в сторону.
— Чем обязан, Андрей? — удивленно произносит он вместо приветствия.
— Я по поводу Яси, — отрезаю, закрывая дверь перед самым носом возмущенной секретарши.
— Не знаю, что между вами случилось, Градский, — недовольно перебивает он, — но со мной Яся тоже не выходит на связь, и мне это очень не нравится.
Его взгляд не сулит ничего хорошего.
— Надеюсь, ты пришел не за тем, чтобы жаловаться на её характер? — ехидно бросает он, и в его голосе проскальзывает ирония. Он как никто другой знает, насколько строптивой и упрямой может быть его дочь.
— Она не улетела, Владислав Борисович, — я буквально давлю его тон своим. — Машину такси перехватили по дороге в аэропорт. Её похитили.
Лицо Бехметова меняется. Всё ехидство тут же слетает.
— Так... — он поднимается из-за стола.
— Агентство Архипова уже шерстит город. Мои связи в органах тоже задействованы, но время против нас.
Ловлю его мимолетную растерянность, но он тут же берет себя в руки. И я снова сталкиваюсь с его стальным характером.
— Почему сразу меня не поставил в известность? Почему я узнаю об этом только сейчас?
На миг теряюсь. Не припомню, чтобы кто-то позволял себе подобный тон в мой адрес, но я явно недооценил этого человека. Глубоко вдохнув, выдерживаю его тяжелый взгляд.
— Серьги! — вдруг хрипит он, рывком выдвигая ящик стола. — Я подарил ей на день рождения. Когда в бизнесе были сложные времена с конкурентами... В них маячок. Яся об этом не знает… Думал, просто перестрахуюсь.
Меня буквально топит восхищение. Век живи — век учись. Пока я полагался на десятки людей из своей службы безопасности, он тихо сделал то, до чего я, со всей своей самоуверенностью, не додумался. У него определенно есть чему поучиться в вопросах защиты тех, кто дорог.
Бехметов лихорадочно активирует планшет. На карте вспыхивает и начинает пульсировать красная точка на севере города. Промзона. Смотрю на этот крошечный сигнал, и всё внутри переворачивается.
— Твою мать...
По спине пробегает холодок. Дурное предчувствие затапливает сознание, мешая дышать.
— Рус, есть координаты! — рычу в телефон, вылетая из кабинета. — Всех туда. Я уже еду.
***
Дорогу я не помню. Она пролетела как в тумане, хотя в моменте казалась бесконечной. Сознание просто стёрло всё лишнее, оставив только стрелку спидометра и пульсацию в висках.
Мы перехватываем чёрный «крузак» на самом выезде из промзоны. Он пытается проскочить, но парни Руслана работают настолько слаженно, что за считаные секунды он оказывается зажат в тиски. Его просто притирают к бетонному ограждению, не оставляя места для манёвра.
Бью по тормозам, когда внедорожник окончательно останавливается, заблокированный со всех сторон, и выскакиваю из машины.
— Руки на руль! Руки, я сказал! — рявкает кто-то из бойцов, вышибая водительское стекло.
Вокруг творится полный хаос. Крики, звон осыпающегося стекла, хлопки дверей, топот тяжелых ботинок по гравию — всё это сливается в один сплошной гул. Но стук собственного пульса в ушах заглушает все эти звуки.
— Андрей, назад! — орёт Руслан, пытаясь меня остановить.
Бросаюсь к внедорожнику, рывком распахиваю заднюю дверь и тут же получаю в грудь с ноги. От неожиданного, сильного удара сгибаюсь пополам, заходясь в хриплом кашле. В лёгких мгновенно кончается воздух.
Лысый амбал пытается выскочить из машины, но я, не дожидаясь, пока восстановится дыхание, хватаю его за грудки и с силой впечатываю спиной в дверь машины. От ярости руки бьёт ощутимый тремор. Несколько раз вбиваю кулак в его рожу, чувствуя под костяшками что-то липкое и тёплое.
Парни из спецгруппы налетают сверху, оттаскивая меня и заламывая ублюдку руки.
— Градский, остынь! — Рус перехватывает меня, не давая закончить начатое. — Хорош!
Тяжело дышу, глядя, как лысого втаптывают лицом в асфальт. Он сплёвывает кровь и, покосившись на меня, выдавливает мерзкую ухмылку:
— Хороша девка... Мы её знатно обкатали...
Перед глазами вспыхивает красная пелена. Стискиваю челюсти с такой силой, что слышу скрежет собственных зубов.
— Повтори, сука, что ты сказал! — хочу броситься и просто проломить ему череп, но Руслан дёргает меня назад.