— Ладно давай поедим, я голодный как волк.
Мы поели, Крейг предложил посмотреть фильм и я пошла за ним в зал. Огромный диван с множеством подушек и подушечек темно-бардового цвета, огромная плазма, стеклянный столик перед диваном, шторы матово-бардовые из мягкой ткани плотно задернуты. По комнате разливается бархатный мягкий темно-красный свет.
Крейг взял пульт, запрыгнул на диван и спросил, улыбаясь:
— Ты что любишь? Комедии, ужасы, триллеры? Может боевик?
— Наверное все…
Стою, смотрю на диван, на Крейга, лежать на одном диване с ним кажется неловким. Все-таки слишком мало мы знакомы.
— Чего стоишь, садись. — смотрит как я сажусь на край дивана, подальше от него. — Устраивайся поудобней, места много.
Залезаю на диван, располагаюсь на подушках, какие же они удобные, он прав, так лучше. К тому же между нами большое расстояние и гора подушек, хотя вряд ли они мне помогут в случае чего..
Включаю комедию, надеясь хоть как-то разрядить обстановку. Она сидит, не шелохнется, а я украдкой поглядываю на нее. Бледненькая, испуганная девчонка, не похоже, что ей семнадцать, ее лицо, взгляд, я бы не дал ей больше пятнадцати.
Что же такое она могла натворить, как перешла дорогу бандитам и как вообще она с ними встретилась. Степаныч так и не рассказал мне ее историю. Каждый раз, когда я спрашивал его об этом, он куда-то спешил или откладывал этот разговор на потом.
Вспоминаю, как встретил ее первый раз, в парке, в ней было столько тепла и света! Надо же, и зовут ее Светлана. А сейчас остался лишь маленький лучик, но когда она смотрит на меня, чувствую, как в груди разливается теплый свет, заполняет меня всего… Сложно будет завоевать ее доверие, она боится меня, это видно. А вот со Степанычем мне показалось, она знакома, видел, как она в лице изменилась, когда его увидела. Интересно, где они могли познакомиться? И если она его знает, почему был такой страх в глазах, все, кто знает этого добряка, доверяют ему.
Звонит его мобильный, он сначала озадаченно смотрит в телефон, потом берет трубку и одновременно слезает с дивана. Делаю потише телевизор, а Крейг выходит в коридор.
— Привет. Да, выздоровел, спасибо. —
Мне слышно только как он отвечает.
— Извини, Марго, я не могу сегодня, опять переговоры, а еще подготовиться надо.
Абонент что-то говорит в трубку, Крейг молчит.
— Марго, мне правда некогда, я не могу отвлекаться, это очень важно.
— Ок, я не надолго — отвечает мне Марго — я уже перед дверью, открой мне.
Раздается звонок. П…ц, сейчас будет ураган… иду открывать дверь, чувство досады не оставляет меня ни на секунду.
— Привет — Марго стоит на пороге, нервно улыбаясь, конечно, почти две недели не виделись, отмазывался как мог, вот она и заподозрила неладное. — может впустишь меня?
— Привет. — отхожу в сторону пропуская ее.
Марго странно смотрит в пол, потом кидает взгляд на вешалки в прихожей, из комнаты доносятся звуки телевизора… В ее глазах страх, разочарование, обида, выяснения отношений точно не избежать..
— Ты не один?
Твою ж …! Надо было сапоги и куртку Светы убрать!
— Да, это… — сказать правду не могу, не поверит в чистоту моих намерений, к тому же эта девушка мне нравится, нет, оооочень нравится. С Марго собирался расстаться, но не так… вот и дотянул… — родственница Марка, приехала погостить.
— Может познакомишь тогда? — повышает тон, с явным недовольством в голосе, и уже начинает снимать сапоги, но я останавливаю ее.
— Она стеснительная очень, оставь. Пойдем, я тебя довезу, мне как раз на переговоры по дороге. — говорю тихо, чтоб Света не слышала.
— На переговоры — хмыкает Марго, — в таком виде?
Вспоминаю, что на мне спортивный костюм и почти двухнедельная щетина..
— Это со своими, в неформальной обстановке, так что быть при параде не обязательно. — придумал, что успел, любая пауза будет использована против меня. — Ты спускайся, садись в машину, я догоню. — и протягиваю ей ключи.
Марго недоверчиво смотрит на меня, но все же берет ключи и поворачивается к выходу. Хорошо, что она решила не устраивать скандал сейчас, мне еще кое-какие ц.у. надо гостье дать. А пока я это делаю, Марго запросто могла полюбопытствовать и прорваться все-таки в комнату. Степаныч наказал, чтоб Свету никто не видел, значит, никто не увидит.
Захожу в комнату, только хотел ей что-то сказать, а комната пуста, молодец девчонка, не растерялась.
— Свет, ты где? Я один, слышишь?
Света вышла из моего кабинета, ну да, а куда ей деваться, отсюда только в кабинет можно зайти или в коридор, где была Марго.