Возвращаясь домой, попросила Диму остановить машину около парка, который тянулся вдоль нашего дома. По парку шла одна — будний день, все на работе или в отпуске, лето. Дима шел позади, на расстоянии, как всегда приглядывая за мной, к этому я уже привыкла.
Вдалеке, между деревьями заметила знакомую фигуру, сердце подскочило и забилось быстрей. Нет, не может быть, это не он. Просто похож издалека… По мере приближения парня, я поняла, что это не галлюцинация.
Крейг подошел ко мне, секунду смотрел на меня улыбаясь, потом резко кинулся ко мне, обнял, сильно прижимая к себе. Я стояла, опустив руки, потрясенная его появлением и внезапным сокращением расстояния между нами. Крейг обнимал меня слишком тесно, поглаживая по спине и прижимаясь щекой к моей щеке.
— Дженни, как же я скучал по тебе! — брат шепчет мне на ухо, не прекращая гладить и прижимать меня к себе.
— Что ты здесь делаешь? — голос сбивается, тело предательски нежится в его объятиях, мозг отказывается воспринимать реальность.
От его откровенных поглаживаний колени подгибаются. Каждый раз, Крейг гладит меня по спине слегка нажимая, заставляя прижиматься еще сильнее.
В этот момент я вижу Марка, направляющегося к нам со стороны дома. Его недовольное напряженное лицо не сулит ничего хорошего и я пытаюсь мягко деликатно отстраниться от Крейга, но он не пускает меня.
— Нет, не уходи, постой, пожалуйста. — шепчет, гладя меня по волосам.
Еще раз кидаю взгляд за спину Крейга, на Марка, он сложил руки на груди и пока ждет. Но его напряженная поза тигра, готовящегося к прыжку не предвещает легкой развязки ситуации.
Я уже упираюсь руками Крейгу в грудь. И только сейчас он замечает мои красноречивые взгляды ему за спину. Лицо его расслаблено, глаза светятся счастьем, немного растерянно он отстраняется, кажется понял наконец, что нужно обернуться.
Крейг оборачивается, протягивает руку брату для приветствия. Тот молча окидывает меня взглядом, потом Крейга, и мы так же молча идем домой. Все это время Дима невольно наблюдает за нами.
Я не мог не приехать. Как только услышал Димкин отчет о том, что моя сестра познакомилась с каким-то парнем, в глазах потемнело от боли и ярости. Я должен успеть. Никто не может обнимать мою Дженни! Даже за руку ее держать никому не позволю! Она только моя! Весь перелет сходил с ума. Все спят, а я сижу вытаращив глаза в темноту. Страх потерять ее сковывал меня изнутри.
В Москве даже удостоился доп контроля — каждый встречный полицейский посчитал своим долгом проверить гражданина с “перекошенным лицом маньяка”. Пришлось врать, что не выспался в самолете.
Решил не портить себе настроение и не стал заходить домой, чтобы не столкнуться с Марком. Чемодан оставил в машине и пошел через парк навстречу Джейн. Она шла по парку в сторону дома, легкое летнее платье чуть выше колен красиво струилось по ногам, чуть разлеталось от летнего игривого ветерка. Золотистые волосы, собраны в высокий хвост. Я подошел к ней близко, порывисто обнял, и гладил по спине, пока она не начала отстраняться от меня. Оказалось, у меня за спиной стоял Марк, кажется мне не избежать неприятного разговора с ним.
Дома Джейн даже не смотрела в мою сторону, лишь сменила туфли на домашние тапочки и ушла к себе в комнату. Брат не стал с порога меня мучать нравоучениями, дал отдохнуть и прийти в себя. А утром началось: “зачем ты приехал?”, “как мог оставить филиал без присмотра?”, “ты что совсем ничего не соображаешь?”, и все в таком же духе.
Сестра намеренно игнорировала меня, смотрела куда угодно, только не мне в глаза, отвечала на мои вопросы односложно и нехотя, старалась не находиться со мной в одном помещении. В общем, избегала меня по полной программе, не говоря уже о том, что наедине мы за эту неделю не оставались ни разу. Я все понимаю, впереди экзамены, но как же больно видеть, что Дженни каждый раз отворачивается от меня, даже несколько раз презрительным взглядом одарила. Нет, не презрительным, пренебрежительно безразличным..
Я собиралась выйти из кухни, как вдруг, брат, который секунду назад стоял ко мне спиной, преградил мне путь. Я отошла подальше, выжидательно сложив руки на груди.
— Поговорить не хочешь? — спросил Крейг, все еще стоя в проеме двери.
— Есть о чем? — постаралась произнести это с легким безразличием в голосе.
— Есть. Ты уже неделю от меня бегаешь. В чем дело, Дженни?
Усмехнувшись поднимаю глаза к потолку.
— Крейг, тебя не было восемь месяцев. Ты не звонил, не писал, не отвечал на звонки. Ты даже не попрощался! А теперь ты приехал и думаешь, что все будет по прежнему? Ты серьезно?