Мэл, наконец, выдохнула и перестала мучиться. Какое-то время она завидовала ребятам белой завистью. Она искренне любила и Ани, и Сета, но, когда видела их глубокие искренние отношения начинала ненавидеть собственную жизнь. А сейчас поняла, как безумно за себя рада. Ведь у нее такие замечательные друзья, невероятный жених и совсем скоро она станет мамой. Ей больше не о чем сожалеть и не о чем мечтать.
Мэл радостно улыбнулась и блаженно прикрыла глаза.
Они приехали в суд первые, но на входе Дэвид остановил её, потянув за руку. Он нежно обнял Мэл и, положив ладонь на ее щеку, заглянул в глаза.
- Что такое? - растерялась она.
- Хочу кое-что рассказать.
- Что?
- Эрику предписали не приближаться к тебе и малышу ближе чем на 500 метров.
- Хорошо.
- После этого дня тебе придётся прожить со мной всю жизнь.
- Да, - счастливо улыбнулась Мэл. - До самого конца.
Дэвид бережно коснулся ее губ, лишь слегка окропив их своим поцелуем, и они вошли в здание суда.
Красивый зал, широкие, уложенные идеально ровными волнами шторы цвета шампань, огромная хрустальная люстра под потолком, ребята, стоящие рядом, лучший на свете мужчина и уверенные слова, знаменующие собой новое начало:
«Объявляю вас мужем и женой».
Эпилог
- Прекрати метаться, - Сет поглядел на друга взглядом полным переживаний. - Все нормально.
- Да, знаю, - но Дэвид продолжал ходить из стороны в сторону по коридору родильного отделения. - Просто, уже третий час пошел.
- Роды могут идти несколько суток, - поднялась с небольшого диванчика Анита и положила руку на плечо высоченного Дэва.
После этих слов он стал выглядеть еще более тревожным и бледным, а Сет улыбнулся и тоже поднялся:
- Пойдем, дружище. Кофе попьем. Я внизу кафе видел. Ани же тут. Позовет если что.
- Какое еще «если что»? - еще больше побледнел Дэв.
- Пойдем, - подтолкнул его Сет к выходу.
Дэвид взглянул на закрытую дверь палаты, в которой рожала его жена, и пошел за другом. Как вдруг, все они услышали сначала тишину, а затем детский плач. У Дэва ноги подкосились, и Сет не на шутку перепугался, придержав друга под руки. А тот благодарно закивал и кинулся к дверям.
Из палаты вышла миловидная медсестра и с сердечной улыбкой сообщила:
- Поздравляю, у вас мальчик.
- Все в порядке? - дрожащим голосом спросил Дэвид, с надеждой глядя то на нее, то на дверь.
- Да. Можете успокоиться. И с ребенком, и с мамой все хорошо.
- Ну что? Как у вас дела, новоиспеченные родители? - в дом с полными руками подарков вошли Сет и Анита.
- Все отлично, - встретил их радостный Дэв. - Ребята как раз проснулись. Мэл сейчас переоденет их и придем.
Сет кивнул, и поставив подарки на стол, легким махом головы отозвал друга в сторону от общего гомона. Он немного нахмурился, собираясь с мыслями, а затем спросил:
- Каково ощущать себя отцом?
Дэвид понимающе улыбнулся; на секунду призадумался и уверенно описал:
- Это новое чувство: бесконечный всепоглощающий страх вместе с невероятным и безапелляционным счастьем.
Мужчины недолго помолчали, разбираясь в собственных ощущениях.
- Я тоже хочу быть отцом, - подытожил и Сет с улыбкой повернулся к Аните, что болтала с матерью. Но даже за беседой, она почувствовала его взгляд и улыбнулась в ответ. - Думаю, справлюсь. Мы справимся.
- Даже не сомневайся, - хлопнул Дэвид друга по плечу. – Вы чудесная пара и чудесные люди. Из вас выйдут отличные родители. Дети будут обожать вас. Вы все сможете.
Ребята поглядели друг на друга, обмениваясь неслышными словами, понятными только для их мужской дружбы, и, похлопав друг друга по спине, отправились к общей толпе родственников. Родители Мэл, родители Дэвида, родители Ани - все они весело болтали и смеялись, накрывая на стол, порхая из комнаты в комнату с бокалами терпкого глинтвейна и переговариваясь о том, на кого из четы Хоппиф ребятня больше похожа.