-Да пошла ты, — бурчу я, останавливаясь перед домом Коре.
-Давай, Эмма, ты не можешь злиться на меня вечность. К тому же, я единственная подруга, которая нравится твоему папе, так что ты застряла со мной...
-Это ты только так думаешь.
-Ну же, все могло бы быть хуже...
-Выметайся, — кричу я.
-Позвоню тебе позже, — говорит она, перед тем как послать мне воздушный поцелуй.
-Да пошла ты, — рычу я, направляясь к своему дому.
Кора так и не поняла, что сдаваться — это не по мне. Марк ворвался в мою жизнь, пытаясь изменить ее, унизить меня, и я не собираюсь позволять ему делать это. Все было хорошо, пока не появился он. Я была счастлива, но, как и в тот день на рождественской вечеринка, он все разрушил. Ни Марк, ни Кора едва ли смогут понять, что он тогда сделал...
3 года назад
Меня совсем не радует идти на эту дурацкую рождественскую вечеринку с папиными друзьями по работе. И я не собираюсь делать вид, что это не так. Я уже была на одной из них и знаю, чего ожидать. Видите ли, мой отец работает охранником на одну большую компанию, а это означает, что когда он говорит, что берет меня на вечеринку, то на самом деле идет на нее, чтобы работать. Поэтому, он оставит меня наедине с какими-нибудь испорченными детишками, которых я даже не знаю, пока он задаром работает! Мне всего четырнадцать, но даже я знаю, что начальник просто использует его. На последнее из этих мероприятий мне пришлось напялить уродливое платье, от которого у меня весь вечер чесалось тело, в то время как жуткий ребенок шефа, с сопливым носом, стоял и пристально наблюдал за мной.
-Милая, ты готова?
-Папа, я не хочу идти. Могу я остаться с тетей Катей и Корой?
-Нет, шеф сказал, что в прошлый раз ты была такой милой, поэтому он настаивает, чтобы ты снова пришла.
-А ты делаешь все, что он говорит...
-Эмма, я не хочу больше слушать твое нытье. Ты идешь и точка. Поднимайся к себе в комнату, я положил на кровать платье, - говорит отец, одетый в черный костюм, направляясь на кухню.
Он выглядит так хорошо и солидно, но я не собираюсь говорить ему об этом. Со злым выражением лица поднимаюсь по лестнице, готовясь натянуть на себя еще одно «чесоточное» платье. Что это за компания, где я должна притворяться маленькой всей из себя такой девочкой, если я ею не являюсь?
Войдя в комнату, замираю на месте. Не могу поверить, что он дал мне это платье, я не могу надеть его...
-Нравится? — раздается голос позади меня, отчего я подпрыгиваю на месте.
-Папа, я не могу его надеть.
-Можешь. Ей бы этого хотелось. Ты даже не представляешь, как она любила тебя, — говорит отец, нежно поглаживая меня по спине.
Меня тянет развернуться и посмотреть на него, но я не хочу, чтобы он видел катящуюся по щеке слезу. Он действительно дал мне платье мамы, а я тут жалуюсь, как разбалованное дитя по поводу вечеринки. Я ведь знаю, что оно для него значит.
-Спасибо, папочка.
Я разворачиваюсь и бросаюсь ему на шею. Он не произносит ни слова, и я понимаю, что отец пытается не расплакаться. Он всегда сдерживается передо мной. Ему хочется быть сильным.
-Давай поторапливайся. Мы выходим через десять минут.
-Хорошо, папа.
Я разворачиваюсь и подхожу к платью.
-Спасибо, мама, — взяв его в руки и улыбаясь про себя, шепчу я.
****
-Эмма, не плачь, — кричит отец, в то время как я бегу вверх по лестнице.
-Оставь меня одну, — сквозь слезы ворчу я.
Посмотревшись в зеркало и оценив состояние маминого платья, я падаю на пол и начинаю рыдать еще сильнее. Понимание того, что оно навсегда останется с пятном, вызывает во мне чувство, что я подвела ее. Со всей злостью стягиваю платье через голову, но звук рвущейся ткани останавливает меня. Глаза опять наполняются слезами, а я стою и, не отрывая взгляда, смотрю на порванное платье, залитое шоколадным соусом. Не могу поверить, что я это сделала. Открыв шкаф, нахожу пустую коробку из-под обуви, открываю ее и запихиваю во внутрь. Хватаю стул и забираюсь на него.