Я тру руками лицо. О чем я думала? Я явно плохо соображаю в стрессовой ситуации. Мне снова стыдно за себя, а я так устала стыдиться.
- Мне надо помыть посуду, - говорю я. – А потом я хочу выйти в сад, пока не стемнело. Я хочу подышать свежим воздухом.
Вытирая рот рукой, Артур смотрит на меня, словно видит впервые:
- Ты хочешь выйти подышать в сад? Прямо сейчас?
- Да.
- Дразнишь меня? – спрашивает он, прищурив глаза.
- Нет! – почти кричу я. – То, что произошло… Не знаю, зачем я это сделала.
Глубоко вздохнув, он кивает:
- Хорошо. Посуда подождет. Прогуляйся, только обуйся и возьми куртку. Поговорим позже.
Два раза повторять не нужно. Воспользовавшись возможностью побега, я бросаюсь к двери, но то, как он произносит мое имя, останавливает меня.
- Руна?
Я медленно поворачиваюсь к нему лицом.
- Я получил сообщение от Меннерса, - продолжает Артур. – Он согласен на обмен.
Глава 12
Артур
Руна смотрит на меня широко раскрытыми глазами:
- Это правда?
Я хмурюсь. Она что, не верила, что отец не сделает все, что в его силах, чтобы вернуть свою дочь?
- Он отдаст тебе рубин? – спрашивает она.
Я не отвечаю. Я дал ответ на этот вопрос, когда сказал ей, что не оставлю Меннерсу выбора.
Я вижу страх в ее красивых зеленых глазах:
- Когда?
Меня смущает ее реакция. Я ожидал, что она успокоится, а ей откровенно страшно.
- Как я уже говорил, это от зависит только то тебя.
Может быть, она опасается того, что должно произойти, прежде чем она покинет этот дом? Я открою перед ней дверь только после того, как она отдаст мне свое тело.
Она смотрит на меня, не мигая:
- Сколько у меня осталось времени?
Что-то неправильное в том, как она формулирует этот вопрос. Во всей этой ситуации есть что-то неправильное.
- Похоже, ты не торопишься вернуться к папочке?
Она хватает себя за локти:
- Я просто хочу знать, когда это произойдет. Я уже согласилась на твои условия. Когда назначен обмен? Через какое время после этого?
Я засовываю руки в карманы, чтобы удержаться от прикосновения к ней.
- После нашего секса, хочешь сказать? Когда я буду готов.
- И когда же?
Я с улыбкой обещаю:
- Скоро.
- Хорошо. – Она смотрит внутрь себя, словно что-то подсчитывая в уме, затем прикусывает губу.
К черту все границы! Я прикладываю ладонь к ее щеке:
- Все будет хорошо. Тебе не будет больно. Я обо всем позабочусь.
Ее голос звучит тихо, как будто издалека:
- Не давай обещаний, которые не сможешь сдержать.
И все же я ничего не понимаю. Почему она так уверена, что пострадает? То есть, пострадает, конечно, но не физически. И я уже жалею о ее будущей жертве. Я оправдывал себя тем, что в ней течет кровь Меннерса. Но сейчас, глядя на нее, такую молодую и уязвимую, я не могу не думать о том, что она была ребенком, когда ее отец убил моих родителей. Как бы мне ни хотелось убедить себя в обратном, она ни в чем передо мной не виновата.
Но есть кое-что еще. Я стал видеть в ней женщину, которая что-то делает с моим телом. Я хочу ее не ради мести, и не в адреналиновом угаре. Чувство власти не кружит мне голову. Все дело в самой Руне. Я должен ненавидеть ее, но больше не могу отличить, где заканчивается ненависть и начинается что-то другое.
Я опускаю руку и отступаю назад:
- Иди в сад, если не передумала. Через час приедет врач, чтобы осмотреть тебя.
- Врач?
- Не беспокойся. Он отличный специалист. Я доверяю ему свою жизнь.
- Зачем мне врач? – спрашивает она тонким голосом.
Я опускаю взгляд на ее бедро:
- Обычный осмотр.
Она облизывает губы, и я снова поспешно засовываю руки в карманы.
- Со мной все в порядке.
Как же все-таки хочется поцеловать ее еще хоть раз.
- Я должен убедиться.
Ее взгляд скользит по моему лицу, по еще свежим царапинам от ее ногтей:
- Останутся шрамы.
Я смеюсь в ответ:
- Буду ими гордиться.
Руна выпрямляется, ее поза становится жесткой:
- Потому что ты победил?
- Не было никакой победы, милая, - я отвечаю честно. – У тебя не было ни единого шанса.
Я до сих пор не простил Меннерсу этой ошибки. Я ни за что не повторю ее, не выпущу Руну из дома без достаточной защиты. Меннерс стал слишком самоуверенным, и это дорого обойдется его дочери. И ему тоже.
- Приходи ко мне в комнату через час, - говорю я.
Она поворачивается.
- Руна? Не заставляй меня искать тебя.
Она почти выбегает из кухни.
Необходимость подышать свежим воздухом всего лишь предлог. Неприятно, что она так стремится сбежать от меня. Это горькая пилюля, но в будущем ей предстоит провести со мной много дней, ночей и лет. Время пошло. Меннерс согласился, и она тоже дала свое согласие.