Я не двигаюсь.
Он натягивает брюки и подходит ко мне.
- Если ты о шампанском, то, боюсь, тебе придется некоторое время побыть трезвенницей. – Его взгляд падает на мой живот. – Если…
Он надеется, что я скоро забеременею.
- Я не хочу пить.
- У нас есть мятный лимонад. И я заказал несколько видов чая. Что тебе принести?
- Артур, - повторяю я, - я не хочу пить.
Он делает шаг и останавливается так близко ко мне, что приходится откинуть голову, чтобы видеть его глаза.
- Я понимаю, что все случилось слишком быстро, - говорит он. – Нам понадобится время, чтобы лучше узнать друг друга. Когда я сообщу твоему отцу о нашей свадьбе, мы можем поехать в свадебное путешествие. Где тебе нравится отдыхать?
Он старается быть хорошим мужем, и это только усложняет мою задачу:
- Мне не нужен медовый месяц.
Взяв меня за руку, он спрашивает:
- Чего же ты хочешь?
- Я хочу, чтобы ты отпустил мою охрану.
Он спокойно смотрит на меня, ожидая объяснения.
- У них у всех семьи.
- Хорошо, - медленно произносит он. – Если ты так хочешь, я отпущу их.
- Обещай.
Поглаживая большим пальцем мою ладонь, он говорит:
- Обещаю.
- Поклянись памятью родителей.
Артур хмурится:
- Я всегда держу свое слово.
- Между нами слишком много лжи.
- Ты права, признаю. Я отправлю их обратно к Меннерсу, не беспокойся.
- Когда?
Он криво улыбается:
- Чувствую, нам еще придется научиться друг другу доверять. Сегодня вечером. – Он делает шаг к ванной, мягко увлекая меня за собой. – Если не хочешь ложиться, прими душ вместе со мной. У нас есть ванильный гель десяти разных марок.
Я задерживаюсь, и он останавливается:
- Руна?
- Я хочу заключить сделку.
- Сделку? – Он выглядит удивленным.
Я делаю глубокий вдох и собираю всю свою храбрость:
- Да.
- Что за сделка?
Я вырываю руку из его пальцев:
- Мне нужно еще одно обещание. Я хочу, чтобы ты взял под свою защиту одного очень близкого мне человека.
- Если ты беспокоишься о Меннерсе…
- Мне нет до него дела.
Артур смотрит на меня с любопытством:
- Что включает в себя эта защита?
- Крыша над головой, медицинский уход, все, что этот человек получает сейчас. Он больной и старый, не думаю, что он будет обременять тебя слишком долго.
Он скрещивает руки на груди:
- Ты полна секретов. Кто этот старик?
- Сначала пообещай.
- Ты говорила о сделке. Что я получу взамен?
- Твою жизнь.
*
Его глаза сужаются, игривое настроение испаряется, словно снег под солнцем.
- О чем ты говоришь?
- Дай слово. И еще обещай, что не расскажешь ему, что стало со мной.
- Не знаю, в какие игры ты играешь…
- Это не игра.
Он расправляет плечи и занимает более устойчивую позицию:
- Хорошо. Ты меня заинтересовала. Даю слово. Об этом человеке будут хорошо заботиться. Как его зовут?
- Атвуд Лонгрэн. Ему пятьдесят восемь лет, он пережил травму головы, от которой до конца так и не оправился. Кассет, пансион «Тихая гавань» в районе над рыбной пристанью.
- Кто он?
Я сглатываю:
- Мой отец. Мой настоящий отец.
Его взгляд сужается еще больше:
- О чем ты говоришь? Меннерс удочерил тебя?
Надеюсь, у меня получается держаться храбро:
- Я не Руна Меннерс. – И все же голос мой дрожит. – Меня зовут Ассоль. Ассоль Лонгрэн. Я из Каперны.
Он молчит, словно пытается вспомнить, где слышал это имя. На самом деле, оно ничего для него не значит. Легенда о корабле с алыми парусами живет в нашей деревушке давно, и половину девочек называют этим именем. Словно бедняки надеются таким образом изменить судьбу своих дочерей. Не помню, чтобы у кого-либо это получилось.
Ужасная тишина повисает в комнате. Глаза Артура темнеют:
- Что значит ты не Руна?
- Я ее двойник. Меннерс подставил тебя. Думаю, Руна с Леоном уже поженились, и Меннерс заключил союз с Ганувером. Когда ты пойдешь к нему на встречу, он убьет тебя.
Безмолвный гнев самый страшный. Страх скручивает мои внутренности, когда несколько бесконечно долгих секунд Артур смотрит на меня. Его глаза снова становятся холодными и жесткими. Он больше не впускает меня, но я знаю, что сейчас он осмысливает все мной сказанное. Я знаю, что он пройдет через недоверие и обиду, а затем вспыхнет гнев. Я испытала то же самое, когда он рассказал мне, как предложил Меннерсу свою сделку девять лет назад.
Я точно вижу момент, когда приходит ненависть. Его глаза становятся жестокими, а лицо искажает маска ярости. И все же его голос звучит зловеще тихо:
- Тебя наняли, чтобы обмануть меня? – Он делает шаг вперед. – Ты должна была разыграть меня и дать Меннерсу время, чтобы завершить брак?
Я отступаю, пока не упираюсь спиной в стену. Я должна объяснить, что все совсем не так, но прежде чем успеваю открыть рот, он издает хриплый крик и поднимает руку. Прятаться бесполезно. Будет лучше, если он убьет меня одним ударом, но вместо того, чтобы обрушить кулак мне на голову, он бьет в стену рядом с моим лицом.