Ассоль сидит, откинувшись на подушки, ее спутанные волосы окружают лицо светлым ореолом. Я щурюсь, чтобы присмотреться. По пробору корни темнее. Наверное, у нее каштановые волосы.
- Как ты себя чувствуешь? – спрашиваю я.
Чертовски глупый вопрос, но я не знаю, как перекинуть мост через разверзшуюся между нами пропасть. Странно, совсем недавно я был ближе к ней, чем любой из людей. Я был внутри нее. А теперь нас разделяют километры и километры.
Она разглядывает свои руки:
- Все хорошо.
- Том мне рассказал. – Только войдя в комнату я замечаю, что все еще сжимаю бутылку в одной руке, а пистолет в другой. – Я все знаю.
Ассоль отворачивается к окну. Она не хочет об этом говорить. Я понимаю.
- Том позаботится о твоем отце. Он будет охранять вас обоих.
Она быстро смотрит на меня.
- Я сообщу Меннерсу, что убил его. И тебя. – Я делаю глоток из бутылки. – Если ты хочешь уйти, я дам денег. Тебе никогда не придется работать. Вы с отцом сможете жить, как вам нравится. – Сердце у меня в груди сжимается, ноги слабеют. – Если захочешь остаться, будешь под моей защитой.
Ассоль встает с кровати, она уже одета в свитер и леггинсы. Наверное, доктор принес ей одежду из ее комнаты.
Я смотрю, как она идет ко мне. Надеюсь. Умираю.
Она останавливается передо мной и смотрит, подняв лицо, словно не понимая, что я уже лежу у ее ног.
Я мог бы сказать много глупых слов вроде «прости», но я жду, давая ей возможность решить наши с ней судьбы.
Поднявшись на цыпочки, Ассоль целует меня в щеку.
Что-то тяжелое проваливается мне в живот.
Затем она протискивается мимо меня в дверь и уходит.
Глава 17
Ассоль
Зимнее солнце сияет в безоблачном небе. Стеклянное здание морской биржи кажется огромным черным бриллиантом на фоне безбрежной синевы. Барабаня ногтями по подоконнику, я наблюдаю за площадью из окна гостиничного номера, где сейчас живем мы с папой. Когда Том проходит мимо фонтана, я выдыхаю с облегчением.
Я отворачиваюсь от окна, чтобы еще раз взглянуть на Лонгрэна. Он сидит в кресле с газетой в руках и очками на носу. Он в ожидании перемен. Когда я сказала ему по телефону, что мой контракт закончен, и продлять его не будут, он был счастлив.
Как и планировалось, Меннерс сказал ему, что я уехала на некоторое время вместе с Руной. Все это время он продолжал жить на полном обеспечении в пансионе и заниматься с физиотерапевтом. Меннерс проявил щедрость не по доброте душевной и не потому, что привык держать слово. Ему нужно было продолжение фарса на случай, если мне вдруг удастся как-то связаться с отцом. Он не хотел, чтобы его план провалился из-за копеечной по его меркам экономии.
Артур пока не сделал никаких ходов, и Меннерс должен верить, что правда еще не всплыла на поверхность. По его мнению, я все еще играю свою роль и жду спасения, которое никогда не придет.
Раздается стук в дверь.
- Твой парень пришел? – Отец поворачивает голову.
- Он мне не парень, - я уже на пути к двери. – Просто друг.
Лонгрэн понятия не имеет, кто такой Том, и я хочу, чтобы так и оставалось.
Я беру с подзеркального столика лиловую сумку от Hermes и длинные до локтя перчатки из кожи точно такого же цвета.
- Я не задержусь, но если проголодаешься, закажи себе ужин. Меню обслуживания номеров под телефоном.
- Я перекушу чем-нибудь, - говорит папа, - а когда вернешься, мы вместе выпьем чаю. Или вина.
Врач разрешил ему бокал вина перед сном, и Лонгрэн наслаждается этой новой небольшой радостью.
- Ты очень красиво выглядишь, девочка моя. Наверное, это модный ресторан?
Послав ему воздушный поцелуй, я выхожу из номера. Даже после щелчка электронного замка я проверяю, надежно ли закрыта дверь. Том ждет в коридоре, засунув руки в карманы.
Я оглядываюсь по сторонам, прежде чем спросить:
- Ты узнал?
- Они уехали на медовый месяц в горы. На озеро Шкодер. В конце недели Леон вернется к работе.
Я делаю глубокий вздох. Пока все складывается хорошо.
- Ассоль, - Том колеблется. – Мы должны быть уже в Дубельте. Я обещал Артуру, что присмотрю за тобой.
- Присмотришь за Лонгрэном, пока я не вернусь?
Его плечи опускаются:
- Конечно. Но обещай, что нажмешь тревожную кнопку на телефоне, если возникнет хоть малейшее подозрение на слежку.
Я улыбаюсь и киваю:
- Обязательно. Я скоро вернусь.
- Может, все-таки скажешь, куда идешь?
Уже по дороге к лифу я обещаю:
- Позвоню, если решу задержаться.
- И все же я должен пойти с тобой.
Я нажимаю кнопку лифта:
- Я никому, кроме тебя, не могу доверить отца.
Том кивает:
- Машина слева от дверей. Шофер работает на сеньора Грэя. Ему можно доверять.