- Кто ты такой?
Я сбрасываю с себя полотенце. Это заставляет ее заткнуться. Судя по тому, как напрягается ее тело под одеялом, она не сдастся без боя. Вот только сила не мой метод. Просто мне нужно одеться, а оставить ее одну я не могу. И связывать ее, раненую, не хотелось бы. Поэтому я просто беру оставленные на стуле вещи и одеваюсь.
Дождавшись, когда я застегну ширинку, она делает новую попытку:
- Почему я здесь?
Вместо ответа я протягиваю ей стакан с водой и таблетку. Она еще очень слаба, поэтому я поддерживаю ее затылок и подношу стакан к губам. Она послушно глотает таблетку, а воду выпивает всю до донышка. Теперь, когда я засунул свой член в штаны, она не выглядит такой напряженной.
- Руна.
Ее взгляд останавливается на моем лице.
Наклонившись над ней, я озвучиваю свои условия:
- Если ты останешься на кровати и не будешь двигаться, пока я не разрешу, я не буду тебя связывать.
Она сглатывает комок:
- Я не сбегу. – И ехидно добавляет: - Все равно далеко не убегу.
Ее маленький бунт вызывает у меня улыбку:
- Умница. Будем считать, что это твой первый экзамен на здравомыслие. А теперь мне надо заняться делами.
Санди стучит в дверь и распахивает ее, не дожидаясь разрешения:
- Доктор закончил с ранеными. Спрашивает, он еще нужен?
- Через минуту, - говорю я и киваю в сторону двери. Руне не нужно слышать ничего лишнего. – Собери парней в бильярдной.
Перед уходом брат снова бросает взгляд на Руну, его лицо становится хмурым и жестким.
Я проверяю время на часах. Меннерс уже должен получить новости о похищении. Хотел бы я видеть сейчас его рожу.
- Сколько? – спрашивает она.
Я поднимаю взгляд на ее лицо. Ужасно хочется лизнуть большой палец и стереть пятнышки туши у нее под глазами. Она смотрит на меня, стиснув зубы.
Я ухмыляюсь?
- Сколько чего?
- Сколько человек ты убил?
- Столько, сколько нужно. Не больше.
Она недоверчиво возражает:
- Ты взорвал машину.
Я пожимаю плечами:
- Так было проще.
В ее глазах кипит гнев:
- Они ничего тебе не сделали. Они ни в чем не виноваты.
Мое настроение продолжает улучшаться:
- Пока нет, но любой человек Меннерса мой враг по определению.
- Сколько выжило? Они ранены? Где ты их держишь?
Так много вопросов и все неправильные.
Я улыбаюсь:
- Лучше отдыхай, милая. Сейчас тебе принесут еду и чай.
Она поджимает губы. А я кладу телефон в задний карман и натягиваю куртку. Уже у двери она окликает меня в последний раз:
- Ты мне так и не сказал, кто ты такой.
Она не узнала меня? Ее отец плохо ее обучал. Ну, что ж, эту ошибку можно исправить.
-Артур Грэй.
Глаза у нее становятся круглыми, как у совы.
Я закрываю дверь перед ее потрясенным лицом, запираю, оставив ключ снаружи, и спускаюсь вниз.
Санди догоняет меня в холле:
- Парни пьют в бильярдной. Доктора можно отпустить?
- Люди Меннерса ранены?
Он шагает в ногу со мной:
- Так, пара царапин. Ничего серьезного.
- Тогда пусть уезжает.
В кабинете я направляюсь к подносу с бренди. Санди закрывает за нами дверь. Я поднимаю графин:
- Выпьешь?
Он кивает. Надо снять напряжение. Я наливаю два стакана и протягиваю ему один. Сажусь за стол, а он занимает кресло напротив.
- Что в новостях?
Я взбалтываю бренди в стакане и делаю глоток. Алкоголь обжигает горло и согревает желудок.
- Только взрыв. Полиция подозревает разборки уличных банд. Говорят, свидетелей нет. Наши уборщики подчистили все следы.
Хорошо. Значит, Меннерс не стал заявлять о похищении дочери. Он знает, как делаются дела, и в полицию не пойдет. А если пойдет, получит ее труп. Нет, он будет ждать, когда похититель предъявит свои требования.
Санди сверлит меня взглядом:
- Когда ты свяжешься с ним?
Он имеет ввиду Меннерса.
- Скоро. А пока пусть попотеет.
- Я проверил аккаунты некоторых людей, что должны сегодня быть у Гануверов. Прием отменили.
- Причина?
Ответ должен быть интересным.
-Меннерс заявил, что у Руны что-то случилось с желудком прямо перед мероприятием. Разошлют приглашения заново.
Я обвожу пальцем край стакана. Конечно, Меннерс будет выискивать новые и новые предлоги отложить помолвку, пока не вернет свою дочь.
- Так что с заложниками? – спрашивает Санди.
- Накормите их.
Он таращится на меня, как окунь на удочке.
- И отнести что-нибудь Руне, - продолжаю я. – Ей нужна чашка горячего чая.
Костяшки его пальцев белеют вокруг стакана:
- Какого хрена?
Я пристально смотрю на него:
-Это приказ.
- Я им что, прислуга? – взрывается брат.