Её перебинтованная рука коснулась руки Стаса, которой он опирался на кровати.
-Пожалуйста, не мучайте меня больше. Ты же можешь меня убить.
-Я не буду этого делать, - прозвучало как приговор.
С одной стороны я была согласна со Стасом, и мне не хотелось смерти Сороконожки, с другой стороны всё еще была обида. Не хотелось её убивать, потому что смерть – самое лёгкое наказание. Но я не ожидала, что её так будут мучить люди Миронова.
-Тебя избивали в камере? – продолжила допрос я.
-Каждый день. Когда я приезжала с тренировок, мне приносили еду и… - она сглотнула, и слегка отползла на кровати подальше от Стаса, словно он был одним из тех, кто её избивал. – Они делали так, чтобы к утру всё заживало, синяки можно было списать на тренировки, и за ночь моё тело более менее приходило в себя.
Стас встал, после чего резко уложил Доминику и стал задирать больничную одежду. Я направилась к кровати, чтобы его остановить, но Максим преградил рукой путь. Впрочем, я бы и без этого дальше не двинулась.
Всё тело Доминики было синим, по крайней мере, та часть, которую он успел оголить.
-Суки, - выплюнул Стас и отпустил девушку.
Испуганная Доминика, не ожидавшая, что её обездвижат, так и продолжила лежать. Кажется, в ней умер даже инстинкт самосохранения.
Наступила тишина, в которой я и Максим смотрели на девушку, Стас в окно и над чем-то напряжённо думал, а сама Сороконожка слегка пришла в себя и натянула одеяло, чтобы скрыть от наших глаз своё тело.
-Мы поймали тех, кто на тебя нападал и позаботились о том, чтобы этого больше не повторилась. Можешь считать, что ты свободна, - сказала уже я.
Бывшая подруга привстала и с потухшими глазами и слабой улыбкой произнесла.
-Этого не может быть. Они убьют каждого.
-Больше нет, - настояла я на своём, игнорируя прожигающий взгляд Максима на себе.
-В любом случае… - Стас встал рядом с Доминикой у изголовья её кровати. – Тебя никто не убьёт. Ты продолжишь тренировки, но уже на других условиях.
-Как ты не видишь, это не моё! – сорвалась на крик девушка и встала на кровать лицом к другу. Она скинула одеяло, распахнула рубашку, оголив тело, вытянула руки и с мольбой уставилась на Стаса. – Я не выдерживаю! Меня убивают ваши тренировки. Меня убьют либо охотники, либо вы, просто здесь уже игра, кто быстрее это сделает! Меня не успели прикончить в камере в центре, избивали каждый день люди Миронова, после чего заставляли сражаться, как ваши исполнители, чего еще ты хочешь от меня?
Она расплакалась, сорвав горло, и стала опускать на колени. Стас подхватил девушку за пояс и аккуратно посадил, склонившись над её лицом.
-Ты должна выдержать это, стать сильнее и в случае чего быть способной дать отпор. Потому что, обещаю, скоро это закончится, и тогда ты сможешь провести со мной не двадцать четыре часа, а хоть всю жизнь, тебе ясно?
Кажется, меня пошатнуло от этого заявления, и я быстренько посмотрела на Максима, который так же нашёл мои глаза. В его читалось лишь лёгкое удивление, в моих же конкретный шок.
Растерянное «ясно» в ответ от Доминики заставило меня вновь посмотреть на этих двоих. Кажется, что Сороконожка, что Стас забыли про наше присутствие, поэтому я посмотрела на напарника, а потом на дверь, дав понять Максиму, что нам здесь делать больше нечего. Тот явно был со мной солидарен, потому что первым направился к выходу.
Когда за нами закрывалась автоматическая дверь, я краем глаза заметила, что лица этих двоих были слишком близко друг к другу, и разговаривать они явно больше не собирались. Впрочем, меня это уже не касалось.
Глава 39
Доминика слегка отстранилась, чувствуя, как коленки начали дрожать. Рука Стаса стала сильнее прижимать её к крепкому телу.
-Отпусти, - тихо прошептала она прямо в горячие губы, которые обжигали её несколько мгновений.
Пусть парень и не вкладывал больше столько усилий для удержания девушки, но руку с её спины не убрал.
-Не хочу.
Тёмные глаза прожигали Доминику, она вновь видела этот орлиный высокомерный взгляд, который адресовался ей от человека, который когда-то сказал, что от неё живой нет никакой пользы. Так почему же сейчас он её целует? Зачем разбрасывается такими громкими словами?
-Как же быстро, однако, меняется у тебя мнение. Еще недавно ты сказал…
-Забудь всё, что я говорил в прошлую нашу встречу.
-Забыть? – голос девушки вмиг сел, брови её изогнулись, сама она постаралась отстраниться, но захват Стаса стал еще жёстче. Он и не прислонял её к себе, но и не давал отстраниться. Они были на расстоянии, на котором он хотел. Как будто напоминал, что ей ничего решать нельзя. – Если не знал, ты сказал очень обидные вещи.