Одно мимолётное появление образа напарника в голове – и моё сердце готово выпрыгнуть из груди.
-Стас…- тихо позвала я его.
-Тебе простительно ошибаться, - наконец-то продолжил он. – У тебя еще мало опыта, ты научишься позже. И когда-нибудь поймёшь, почему я просил тебя не признаваться ему. Но ничего, кто я, чтобы решать, что тебе делать. Я только мог посоветовать.
-Это Максим сделал?- я посмотрела на его губу и закусила свою, намекая, что имею в виду.
-Он был в ярости, что из-за меня ты уставшая пошла ему на помощь. Он влетел в кабинет старика и вмазал мне, что-то бурча по типу: «что ты еще наговорил Юле, придурок?..»
-Ох, прости…
-Не извиняйся. Видела бы ты лицо старика, кажется, он доволен, что Макс так о тебе печётся. Поздравляю, кажется, одного тебе уже точно удалось укротить. Антон, в принципе, тоже о тебе неплохо отзывается.
-Зато их отец спит и видит, как из меня отбивную сделать.
-Он остынет и поймёт, что твоя идея была не так уж и плоха. Жаль, что провалилась.
Мне очень хотелось рассказать о договоре с Джеком, но было нельзя. Если у меня не получится найти человека, за которым гоняется один из десяти предводителей охотника, лучше никому не знать, что я пообещала в случае своего проигрыша.
Дыхание перехватило, пришлось отвернуться. На этот раз был виноват не напарник, а осознание того, что же я натворила. Пока Стас готовил нам шаурму, я стояла с закрытыми глазами к нему спиной и старалась вновь начать думать в позитивном ключе. В любом случае до сентября следующего года у меня еще много времени, многое может поменяться…
-На будущее, - Стас протянул мне тарелку, где уже лежала моя порция, и кивнул в сторону дивана, куда мы вскоре и сели. – Не воспринимай мои слова так всерьез. Не нужно из последних сил стараться нам всем помочь, от усталости нет никакой пользы.
-Сейчас я уже понимаю, что тогда ты просто хотел меня напугать.
-Это правда. Это дико смотреть, как такая маленькая девчонка, как ты, идёт на такую опасную работу. Но, кажется, я зря переживал. Ты нас всех переживёшь.
В ответ я только слабо улыбнулась и принялась за еду.
После мы оба обсуждали охотников. Пытались предсказать их дальнейшие действия. Стас тоже думал, что нападение на точку тестирования оружия было не случайным. Пусть оружия там было не много, однако, всё это могло быть применено против нас. Самое страшное то, что мы не знали, когда охотники сделают следующий шаг и к чему именно мы должны быть готовы… Но обычная посиделка с другом немного скрасила вечер, больше я не чувствовала в тот вечер такую пустоту, как до сна. Пусть и немного, но это успокоило.
***
-Поднимайся!
Стандартная команда какую неделю уже не разбудила Доминику. Она лишь сделала вид, что открыла глаза, хотя давно не спала. Ей дали пару минут на сборы, которые она потратила на переодевание и приём таблетки. Пятнадцать минут – и она вновь ничего не будет чувствовать, только тренировки, учёба и самосовершенствование. Девушку всё не оставляла мысль, что Юля была способна вытерпеть такие тренировки и без таблеток. Она не понимала, сколько должно быть в человеке сил, чтобы выдержать всё давление, которое оказывалось на неё каждый день.
Щеку всё еще саднило. Прошлым вечером она всё-таки не смогла увернуться от одного удара, из-за чего ей неплохо прилетело. Но всё это было ничто, её это не волновало абсолютно.
Словно робот, она шла по тёмным коридорам среди других камер, за огромным охранником, который и избивал её по вечерам. Но сейчас это уже стал еще один тренажёр, на котором она могла отрабатывать приёмы.
Ей всё еще не хватало сил, чтобы ответить достойно, но прибавилось выносливости, чтобы не падать в первые часы обессиленно на тренировках. Кое-что стало даже получаться, пока за работу вновь не взялся Санджар.
Почему-то Доминика даже сперва обрадовалась, увидев его. Значит, он выжил, и даже был вновь способен обучать. Только радость длилась не долго, потом этот учитель так отколошматил Доминику, что она могла только лежать или стоять. Только совсем недавно она сладила с нунчаки, но в этом стоило благодарить только её прирождённую ловкость.
В этот раз всё должно было пройти ровно по такому же плану, как и все эти полтора месяца: её будят в 6 утра, дают пару минут на сборы, после ведут по коридору на завтрак, а затем на тренировку, которая длиться до полудня, после дают возможность поесть и помыться, а после вновь на тренировку до самого вечера. Ужин. Сон. Только между последними двумя пунктами было еще одно негласное правило, введенное Мироновым, которые решил взять с Доминик своеобразную плату.