Кажется, Максим дёрнулся, но так ничего и не ответил.
-Свободны, - чуть тише и слегка издевательски произнёс начальник.
Миронов словно этих слов и ждал, потому что сразу же подорвался и направился к двери.
-На парковку, - кинул он мне и быстро покинул кабинет.
-Скажите честно, вы наказываете его или меня?
-Не говори так, Юля. Ты много чего не знаешь, тем более Максима. Когда-нибудь ты скажешь судьбе спасибо за то, что она вас свела.
-Судьба – это последнее, во что я верю, Павел Александрович - честно ответила я и направилась к двери. - До свидания.
Очень надеюсь, что не «прощайте», потому что вполне серьёзно я верила в то, что Максим мог подстроить аварию, в которой я могла умереть.
Спускаясь в лифте одна на парковку, мой взгляд скользил по этажам, как между собой общаются пары исполнителей. Теперь то я и заметила, что все они состоят из парней и девушек, а еще то, что настроены они были явно дружелюбней друг к другу, чем мы с Максимом. Вскоре передо мной оказался первый этаж, на котором светились голограммы лучших исполнителей центра, с самого верха на меня смотрел тот, кто теперь ждал меня же на парковке. Почему в этот момент мне показалось, что стать напарницей Стаса было бы уже и не такой страшной перспективой?
Следующей задачей для меня стало найти Максима среди множества машин, которые к трём дня так и не разъехались. Я вышла из лифта и бродила по главной дороге вдоль иномарок несколько минут, пока не услышала рёв мотора. Фары ослепили мне глаза, пришлось закрыть рукой глаза, когда машина стала ехать навстречу, остановившись у моих ног в паре сантиметров.
Я смотрела на капот, который мог снести меня мгновение назад - и поняла, что не дышу. Моя смерть была ближе, чем я думала.
Сквозь лобовое на меня смотрел Максим. Смотрел… Это слово не подходило для его взгляда. Сверлил? Прожигал? Уничтожал? Да, определённо так, но не смотрел…
Обойдя чёрный мустанг новой линейки, я открыла дверь и села на переднее сиденье рядом с Максимом.
Дверь закрылась за мной, после чего я вновь задержала дыхание. А вот парень время не терял, он подъехал к одной из стен и после нажал на панели машины мой адрес. Наверно, он уже успел прочитать моё дело. Так я и вспомнила про браслет, который теперь был на моём запястье, но так и не дошла до его функционала, меня привлекла стена, которая вдруг пропала, открывая путь в туннель, в котором опять был тусклый жёлтый свет.
Сглотнула. Но страх темноты не окутал, рядом было нечто страшнее темноты, то, что могло навредить мне сто процентов в отличие от неизвестности, что была в темноте.
-Завтра позвонишь шефу и скажешь, что передумала.
-И не подумаю, - ответила я быстрее, чем подумала над ответом.
Чтобы случайно не начать извиняться за резкий тон, я стала капаться в браслете. Павел Александрович обманул, ничего там на уровне интуиции понятно не было.
-Это приказ, как старшего, ясно?
-Официально я еще не устроена, так что могу не слушать тебя.
Максим почему-то засмеялся, это было устрашающе. Теперь меня не покидало чувство, что я еду с психом, у которого очень красивая, но весьма убийственная улыбка.
Туннель закончился - и мы выехали на улицу, из-за чего мне стало намного легче дышать. Я смотрела на небо и считала деревья, думала о чём угодно, только бы не закричать. Впервые в жизни я просто сидела рядом с человеком и чувствовала, как в груди не хватает воздуха, как внутри всё переворачивается, и это были явно не те бабочки, о которых разговаривали мои одноклассницы.
-Максим, - плохое общение могло только усугубить наши «отношения», поэтому я постаралась пойти на компромисс, если этот парень знает о таком. – Я не хочу войны с тобой, потому что ты в любом случае выиграешь, но, может, мы вместе подумаем над проблемой?
-Ты моя проблема. Нет тела – нет дела.
Почему от каждой его фразы по телу холодок пробегался?!
-Как насчёт того, чтобы я поговорила с Павлом Александровичем и нам поменяли напарников?
-Ты откажешься от этой работы, - стало мне холодным ответом.
-Нет, - тихо, но уверенно ответила я.
-Это был не вопрос.
Дальше мы ехали в полнейшей тишине: я старалась разобраться в браслете, изредка и словно случайно поглядывая на профиль потенциального напарника, отмечая с каждым разом новые детали. Возле его брови правого глаза был шрам, спускающийся по веку. Иногда, когда на дороге была не совсем гладкая ситуация, его бровь вздрагивала, словно парень её плохо контролировал.