Таймер запищал, в комнате, где стояла минутная тишина, вдруг раздался треск, а после экран ноутбука скорее всего потух.
-Жаль, а я думала, это будет эффектней.
Костя засмеялся. Он смотрел на сломанную технику, после чего снова начинал смеяться.
-Ты провела меня, - наконец-то понял он. – Код ведь был фальшивым?
-Именно, - улыбнулась я шире.
-Но ведь ты и сама умрёшь с нами, ты это понимаешь?
-Понимаю, - смиренно ответила я.
Знаете тот момент, когда мама произносит: «а я же говорила?»
С такой противной интонацией, словно, она всё на свете знает. В этот момент мы чувствуем ужасный комок в груди из чувства злости к ней, потому что да, это действительно так, и осознания собственной ущербности, потому что мы хотели быть лучше, а получилось всё как всегда. Может, такое вам говорила не мама, а кто-то другой. Суть от этого не меняется. В этот момент мы все одинаково понимаем: у нас ничего не получилось. Мы смотрим на результат своих действий и видим, что если бы послушались, могли бы избежать разочарования, ошибки. Хорошо, если эта ошибка стоит вам лишь сломленной гордости этой фразой, чуть хуже, если огромной суммы денег. Но кто-нибудь из вас задумывался о самом ужасном исходе вашей неудачи?
Я смотрела в светлые глаза мужчины, на лице которого играла улыбка. Уже не весёлая, он знал, что ничего не выиграл, но и не грустная, потому что в его жизни случилась самая огромная нелепица: его провела школьница.
Этой школьницей была я, и на моём лице не было улыбки, на нём уже ничего не было, потому что невозможно улыбаться, когда понимаешь последствия своих ошибок. Возможно, кто-то подумает, что можно улыбнуться, усмехнуться или даже посмеяться с собственной глупости и сказать «да ладно, будет время исправиться!»
В моём случае времени не будет. Мои расчёты оказались не верны, моя стратегия меня подвела, произошла ошибка. Ошибка, которая через пару мгновений приведёт к смерти всех, кто находится в этом здании. В том числе и меня…
Я думала, мне удастся выйти живой, но если потянуть еще минуту, люди Кости начнут бежать. Это здание напичкано охотниками, а значит, его нужно уничтожить. По несчастливой случайности, я тоже оказалась в здании. Ну что ж… Значит, так должна закончится моя история.
-Щит, - прошептала я, глядя в глаза Косте.- Ты знаешь, что надо делать.
-Юля, нет, - услышала я последние слова Максима, после чего прервала его.
-Максим, береги себя.
Нажав на коже за ухом, я отключила микрофон и наушник, чтобы не слышать крика напарника. Не уверена, что моё сердце этого выдержит. Сразу же после этого я услышала знакомый треск – именно так активируется молния.
Ещё пару мгновений – и раздастся огромный взрыв. Многоэтажка, бизнес-центр посреди столицы начнёт осыпаться вдребезги – и его крушение будут крутить по новостям еще очень много дней. Обычные люди не будут знать причину этого ужасного события, лишь десяток людей будет в курсе, что послужило тому виной.
Максим не успеет сделать и шага в сторону развалин, потому что его схватят люди центра и сразу же введут транквилизаторы, чтобы парень не смог сопротивляться, когда его начнут увозить подальше от места происшествия.
Всё начнёт рушиться, один из десяти главарей охотников умрёт – и семья Мироновых станет на шаг ближе к победе. Жаль, что произойдёт это ценой моей жизни…
Эпилог
Мы много раз видели, как бьются стаканы, вазы, тарелки, но никто из нас не представлял, чтобы мы чувствовали, если бы сами оказались на месте разбитой посуды.
Но в тот момент, когда стёкла стали трескаться, а мужчины убегать, я понимала, что всё неизбежно. Я стояла на месте, совсем позабыв про любой из способов самосохранения.
Рядом раздался выстрел. Передо мной замертво упал тот, ради которого пришлось подорвать всё здание.
Мою руку дёрнули так сильно, что мне казалось, её оторвало.
-Ох, ну и засада!
Меня потянули по коридору, который осыпался. Но очень быстро мы оказались выше, прицепившись к еще не обрушившейся стене с помощью реактивного ремня, который я уже когда-то использовала.
Затем меня снова потянули за собой, заставляя босиком бежать по осколкам. Ещё один выпад – и меня подхватили, прицепившись ремнём к…
Взлетающему вертолёту?!
Я сжалась в чьих-то руках, вцепившись покрепче в плечи незнакомца. Вертолёт лишь долетел до крыши соседнего здания, после чего ремень открепился – и мы почти мягко приземлились на крышу. Пара ссадин и окровавленные ступни – ничто, по сравнению с тем, что случилось с дядей Максима.
-Фух! Круто, правда?!