-Кто-нибудь! Притащите сюда свою задницу! Санджар!
Минутная храбрость развеялась вместе с приходом одно из борцов, который с лёгкостью расправился с цепями и зашёл в камеру.
-Какая же ты шумная дрянь, - зарычал он и через мгновение я снова оказалась на полу, получая новую порцию ударов…
Почему-то с губ стало слетать одно и то же имя, но уже с одним чувством отчаяния и какой-то мольбой. И вскоре сознание вновь меня покинуло…
Перед глазами было темно, тело ужасно болело, мышцы ныли. Мне хотелось плакать, очень громко, но было нельзя и почти что невозможно из-за ужасающей боли. Холодный бетонный пол камеры заставлял тело дрожать не только от леденящего страха. Я чувствовала дыхание за своей спиной, это было дыхание смерти. Любая надежда на спасение покинула, как и остатки храбрости, чувство отчаяния поглощало сильнее. Живот выворачивало, меня стошнило, и, судя по привкусу во рту, явно кровью. Я продолжала ничего не видеть, дышать стало тяжелее. Постаралась встать с бетонного пола и доползти до стены камеры, в которой находилась уже неизвестное количество мне времени, чтобы опереться и выдохнуть. Это мне удалось, только с выдохом вышло сложнее. Внутри меня от каждого движения разгоралась резкая боль, заставляющая стонать.
Мои губы шептали одно и то же имя несмотря на то, что всё было бесполезно. Никто не придёт, никто не спасёт маленькую дурочку, что возомнила себя героиней.
«Спаси меня…»
Мой шёпот стал совсем беззвучен, а может я его не слышала из-за ужасного звона, начавшегося в ушах. Я постаралась еще раз открыть слипающиеся веки и заметила узкую полоску света, которая становилась шире с каждым мгновением.
Дыхания больше не хватало, бред и галлюцинации – это не самый лучший исход для жизни. Моё тело перестало меня слушаться – и я начала падать. Но холодного пола моя голова так и не коснулась, чьи-то горячие ладони удержали меня.
«Я здесь, Юля. Всё закончилось…»
Это был приятный голос. Слушая его, чувствуешь себя в безопасности, и сейчас даже сквозь звон я его слышала и вдруг поняла, что всё действительно закончилось, даже если это моя смерть…
[1] Бо — длинный посох из дерева или бамбука, иногда из металла либо обшитый металлом. Используется в боевых искусствах в качестве оружия.
Глава 19
Ладони Максима коснулась щека девушки, измазанная кровью и очень холодная. Боль в коленах от резкого приземления перед Юлей на твёрдый пол прошла, дыхание после боя с несколькими неплохо подготовленными учениками Санджара еще приходило в норму, а вот сердце продолжало колотиться.
-Я здесь, Юля. Я здесь…
Вторая рука Миронова прошлась по оголённой и такой же прохладной спине девушки, после чего он убедился в отсутствии открытых переломов и поднял тело над землёй. Оказалось, что она весила очень мало, даже не составляла рабочий вес Максима на тренировках. Неся хрупкое тельце к выходу из здания, весь взгляд был сосредоточен на измазанном в крови подбородке и багровых следах на теле от ударов.
-Ты должен был подождать, не лезть на рожон.
Миронов окинул презрительным взглядом кого-то из команды зачистки центра и холодно кинул:
-Вы бы еще медленней ехали. От неё могло ничего не остаться. Скажи «спасибо», что она жива.
Исполнитель пошатнулся и пропустил дорогу парню, после чего снова посмотрел на десяток тел, что лежали обездвиженные на полу, истекая остатками крови.
-Скажи «спасибо»… - прошептал Максим и втянул носом холодный воздух. Кожей он совсем не чувствовал февральскую прохладу, то ли из-за недавнего боя, то ли из-за злости. На Юлю, которая опять во что-то влезла, на шефа, что не проверил учителя и отдал исполнителя не в те руки, а главное на себя. И на себя злился в большей степени.
У него было три недели, чтобы натренировать её, а теперь она без сознания лежит у него на руках и вот-вот испустит дух. Глаза быстро нашли машину медицинской помощи, рядом с разложенной каталкой уже стояла Вероника.
-У нее может быть переломан позвоночник или ребра, нельзя было ее поднимать, - врач нахмурилась. Её глаза цепко рассматривали каждую отметину на теле Юли, пока напарник готовил лекарства и повязки.
-Я проверил, всё было в порядке.
-Может, ты еще на моё место тогда хочешь и работу мою выполнить? – Вероника закрыла двери машины и нависла над каталкой. Максим залез внутрь еще до того. Миронов решил отправиться в ЦСВД уже рядом с напарницей, о которой он старательно забывал.
-Ты даже со своими обязанностями толком справиться не можешь, - всё-таки не выдержала она. – Еще мои на себя навесить пытаешься.
Андрей продолжал помогать напарнице, делая вид, что ничего не происходит. Миронов же оторвал взгляд от телефона, в котором старательно что-то выискивал, только бы не смотреть на маленькое покалеченное тело.