- Хорошо, мы возьмём это и если через три дня вы не обеспечите нас соответствующим материалом, наша компания разорвёт с вами договор и мы вернёмся к себе.- сухо сказал командир иранцу.
Мы стали осматривать ящики. Такого старья я уже давно не видел, хорошо ещё что мы нашли несколько калашей и магазинов к ним. Колос отыскал снайперскую винтовку французского производства, но это была капля в море. В персидском заливе было довольно тихо и спокойно, но дальше без нашего оружия плыть было нельзя. Прихватив то, что нашли, мы поехали на танкер. По крайней мере там мы обнаружили два станковых пулемёта. Серёга их осмотрел и дал добро.
Пока мы устраивались, я позвонил Алине. Я уже скучал по ней, а ещё и суток не прошло, как мы расстались.
- Привет, любовь моя. Ты уже на работе?
- Да, у тебя всё в порядке?- спросила она.
- Да всё хорошо, только очень жарко.- успокаивал я её, думая зачем ей знать, что у нас всё пошло через жопу в первый же день.
- А в Москве дождь, так что я тебе даже завидую.- засмеялась она и на сердце потеплело.- Вы уже на танкере?
- Солнышко, ну ты же знаешь,- перебил я её.
- Прости, любимый, вот ведь дура!- воскликнула она.
- Зато самая невероятная и любимая,- сказал я, тут меня позвал Серёга,- прости мне надо идти, я тебе позже позвоню.
- Люблю тебя,- произнесла она и я повесил трубку.
В день отплытия, мы проверили всех членов экипажа, в основном это были тайцы, только капитан и помощник были итальянцами. Впрочем, как и всегда. Мы устроились по своим местам и приготовились к путешествию. Молодым мы объяснили, что морская болезнь лечится одним способом, почаще что-нибудь жевать, сухарик или печенье. Всё было тихо, я каждое утро звонил Алине, мы разговаривали и строили планы на будущее. Если бы мы не патрулировали корму каждую ночь, то можно было бы представить что мы на круизном лайнере. Артист загорал, Колос с упорством учил немецкий, а я с Серёгой играл в нарды. Только Горец, вздыхал и почёсывал бороду. Последнее время он был какой-то нервный и напряжённый. Так мы приближались к порту дозаправки.
Танкер причалил и мы стали звонить представителю. Сначала он не брал трубку, а потом появился сам с таким видом, что началась третья мировая война.
Оказалось, что в десяти километрах от порта грузовик сломался и надо было искать другой и кто-нибудь из нас должен ехать с ним за оружием.
- Давай я с Артистом мигом туда смотаемся,- предложил я Горцу.
- Хорошо, но если что, то сразу возвращайся, никуда не лезть,- предупредил он нас.
Мы сели в грузовик и поехали. Вдруг представитель попросил остановиться, в кусты захотел. Меня это жутко насторожило.
- Артист, ты с ним сходи, не нравится он мне, а я здесь останусь.- приказал я.
Они вышли из машины, отошли на несколько метров, как в стекло заднего вида я увидел вспышку: "Чёрт! Так и знал, подстава!"- пронеслось в голове.
Глава 43. Алина.
Мой любимый улетел и в душе образовалась пустота, в которую то и дело вторгалась то боль, то тоска, то страх. Вот теперь я очень хорошо понимала маму. Каково ей было жить, переживая сначала за мужа, а потом за дочь. Только работа спасала от дурных мыслей, а ещё его звонки. Для меня просто услышать его голос было счастьем, которое наполняло моё больное сердце любовью и изгоняло из головы дурные мысли. Вадим звонил каждое утро, а иногда ещё и днём, ближе к вечеру.
Когда он увозил меня домой, перед тем как ехать в аэропорт, я взяла его майку, которую сама же и сняла с него прошлой ночью. Она берегла и хранила его запах, такой родной для меня, помогала заснуть, когда я прижималась к ней лицом и вдыхала носом эти желанные нотки. Это было своего рода лекарство от тоски. Но в тот день мама, не знаю зачем, её постирала. Когда я пришла домой и не увидела её в моей комнате, то спросила:
- Мам, где майка Вадима?
- Так я её постирала,- спокойно ответила она.
- Зачем? Кто тебя просил? Ты даже не понимаешь, что ты наделала!- зарыдала я, страх, жуткий страх вполз в моё сердце. Это было выше моего понимания, но я почувствовала такую боль, что было невыносимо сдержать себя. Я рыдала навзрыд.
- Ну что ты, детка, я не думала, что ты так будешь переживать,- пыталась успокоить меня она, но у неё получалось так плохо, что лучше бы она молчала.
- Ты не думала? Ты вообще его никогда не любила,- закричала я на неё, первый раз в жизни и выбежала из дома.
Мне не хватало воздуха, я задыхалась от боли и слёз. Я предполагала, что с ним, что-то случилось. Я это чувствовала всем моим нутром и от этого становилось ещё больней.