Они братья, но, судя по короткому диалогу, отношения у них, мягко сказать, натянутые. Отчётливо чувствуется соперничество и огромная разница в характерах. Демид явно страшнее Ратмира, и я не о внешности. Тут спорить не буду, в другой реальности девушки толпами бы на них бросались. У Ратмира тяжёлая аура, но у его брата, она давящая.
Отмерев, вскакиваю с кровати, беру оставленные для меня вещи из шкафа, куда я вчера их запихнула вместе с пакетом, и закрываюсь в ванной комнате. Закрываюсь, конечно, громкое слово, потому что замка здесь нет, и в любой момент кто-то может зайти.
Быстро справившись с водными процедурами, надеваю джинсы и свитер, но перед тем, как выйти, торможу, схватившись за ручку. Глубоко вдыхаю и выдыхаю, мысленно настраиваюсь столкнуться с кем-нибудь. Мне нужно всегда быть готовой к подобным ситуациям. Показалось, что этот Демид способен на что угодно, и лучше быть хотя бы морально подготовленной.
Выхожу из ванной, но в комнате никого, и я подхожу к двери, прижимаюсь ухом к полотну, пытаясь прислушаться, но там мёртвая тишина.
Минут десять мерю помещение шагами, но ничего не происходит. Решаю чем-то заняться, но особо нечем, и я заправляю кровать, затем подхожу к окну и распахиваю плотные шторы. Солнечный свет врывается в комнату резкой вспышкой, бьёт в лицо, слепит, но я остаюсь на месте. За стеклом расстилается лес, и я заворожённо смотрю на осенние цвета перед взором.
Листья почти все пожелтели, где-то ещё держится зелень, но в основном уже жёлто-оранжевые пятна. Ветер раскачивает верхушки деревьев, срывает листья, и те медленно кружатся, опускаясь на землю. Некоторые уже лежат целыми кучами, особенно у края опушки. Воздух кажется прохладным даже отсюда, однако я всё равно открываю окно, потому что там больше жизни, чем в этой комфортабельной комнате.
Стою и просто смотрю, обняв себя за плечи и вдыхая свежий воздух с нотками хвои, мха и травы. Это умиротворение и тишину разрывают голоса. Опустив голову вниз, вижу, как из-под козырька крыльца выходит Демид.
— Мы оба знаем, что ты не справишься, младший, — проговаривает парень с насмешкой.
— Мне твоё мнение до одного места, — отзывается Ратмир, а через секунду появляется в поле моего зрения. — Ты здесь не должен появляться и, тем более, светить своей тачкой, — добавляет, и я осматриваю территорию.
Дом стоит в окружении леса, и сначала кажется, что за ним только деревья. Но если прищуриться и посмотреть внимательно, между стволами можно различить тёмные линии забора, местами проржавевшие, местами едва заметные из-за листвы. Где-то блестит металл, будто остались старые конструкции или сетка, но, наверное, это припаркованные автомобили.
Глазам трудно зацепиться за что-то конкретное, и на первый взгляд всё это похоже на оптический обман, будто зрение подводит. Но среди тусклых осенних цветов я отчётливо замечаю одно ярко-оранжевое пятно в глубине. Машина. Скорее всего та самая, на которой приехал Демид и о которой говорит Ратмир.
— Какой ты серьёзный, — громко смеётся Демид. — До встречи, братец, — махнув рукой, парень скрывается из вида, а через минуту раздаётся рык мотора.
Перевожу взгляд на Ратмира и подпрыгиваю на месте, понимая, что он смотрит прямо на меня. Глаза не отводит, когда мы сталкиваемся, продолжает смотреть и словно гипнотизирует, потому что я не могу оторвать свой взгляд. Мы разговариваем, молчаливо ведём диалог. Я показываю презрение и ненависть, в ответ он говорит о злости и раздражении.
Не знаю, сколько эти гляделки бы продолжались, но его отвлекает звонок на телефон, и парень теряет ко мне интерес. Не только на сегодня, но и на следующие два дня.
Больше я Ратмира не вижу. Еду и напитки приносит один из охранников, здоровяк с неприятным лицом и ещё более неприятным взглядом. Каждый раз, когда он заходит, медленно скользит глазами по мне, будто разглядывает товар на прилавке. От этого взгляда хочется накинуть на себя одеяло или скрыться в ванной комнате. В нём сквозит что-то мерзкое, он не говорит ничего, но от его молчания не легче.
За два дня едва не схожу с ума от безделья, я уже посчитала все узоры на шторах, швы на одеяле и линии на паркете. Выспалась на год вперёд и точно знаю, сколько листьев упало вон с той ветки за это время. Если так и дальше пойдёт, я выйду отсюда прямиком в психиатрическое отделение.
Глава 6. Кажется родным
Она боится не его, а того, как легко он кажется родным
Влада
Выспавшись днём, ночью я лежу на кровати, свернувшись в позе эмбриона, спиной к двери и головой к изножью кровати. Лежу и наблюдаю в окно за чистым ночным небом и за тем, как переливаются оставшиеся листики на деревьях в свете луны, когда слышу щелчок замка.