Я выторговал пару дней, если за это время я не решу, как получить эту землю, Влада умрёт. Медленно, красиво, в руках того, кто с детства учился ломать, чтобы научиться править. А потом и я сам, потому что стоит новым обстоятельствам открыться, я стану врагом семьи, ровно, как и семья Орлова.
Потому что с врагами не дружат и тем более не строят любовь. Ладно, рано говорить об этих чувствах, меня всего лишь тянет к этой девочке, словно к дому, который только твой. Где ты чувствуешь себя собой, где тебя принимают таким, какой ты есть, и где ты не должен притворяться.
Она меня подкупила своими откровениями, показала, насколько мы похожи внутри, сама не зная об этом. Умная, чуткая, гордая и упрямая, а бонусом красивая, с точёным телом, словно вылепленным руками скульптора.
Сколько она тут находится? Несколько дней? А так умело залезла под кожу, в кровь, в голову. Привязала невидимым арканом, а я и рад прилипнуть. Нет, не осознанно, и не в буквальном смысле. Просто вот сейчас мне хорошо и спокойно, несмотря на начинающуюся войну.
— Ратмир, — тихий голос принцессы вырывает из мыслей.
— Что? — отодвигаюсь от неё ровно настолько, чтобы мог увидеть её глаза.
— Что делать будем? — вопрос звучит сдавленно, голос дрожит, отчего я делаю вывод, что она боится.
Естественно, сам напугал девушку. Но дело не в запугивании, а в том, что она должна быть готова к любому раскладу. Хрен знает, что будет дальше, но совершенно точно просто нихрена не будет.
— Я всё решу, не переживай, — отвечаю вопреки мыслям.
Но для начала надо съездить в город, наведаться к отцу и прощупать почву. По телефону это одно, а лицом к лицу совсем другое. И вообще, пока я кукую тут в качестве надзирателя, почти выпал из внешнего мира. Нужно выйти ненадолго в свет, завтра же утром поеду.
Размыкать объятия и выпускать принцессу из своих рук мне категорически не хочется, но приходится.
Вообще, если быть предельно честным, я бы предпочёл горизонтальное положение. Избавить её от одежды, распластать на кровати и прижаться к нежному голому телу. Закрепить, так сказать, наш союз более серьёзным пактом. Но вряд ли Влада готова к этому, да и у меня в голове насущные проблемы. Ладно, мне это никак не помешает, наоборот, укрепит моё решение пойти против семьи. И всё же нужно дать девочке осознать и принять ситуацию.
— Пошли сварганим что-нибудь, я проголодался, — неохотно отпрянув, беру её за руку.
Конечно у меня голод другого формата, но пока сойдёт и еда. Ей восемнадцать, и, судя по рассказу о её воспитании, парней у неё не было. А это определённо радует самца внутри меня.
— Я… — тушуется, губы нервно прикусывает, чем только хуже делает.
У меня не только мысли, но и стояк в штанах мешают концентрироваться. А эти обычные жесты и смущение распаляют желание ещё больше.
— Я не умею готовить, — выдаёт на одном дыхании и смотрит на меня с покрасневшим лицом.
— Не удивлён, — усмехаюсь и трогаюсь к выходу из спальни. — Принцессам не принято учиться готовке.
— Что? — слышу в её голосе возмущение и только шире улыбаюсь.
Искренне, что очень редко происходит. Быть самим собой я могу только в кругу своих близких друзей. Теперь и рядом с ней, и это не укладывается у меня в голове. Да, искать ответы на свои вопросы надо было раньше, до событий, случившихся полчаса назад. А сейчас уже поздно спрашивать, что и почему, грань я переступил. И есть чувство, что впервые за все свои немногие годы сделал что-то правильное.
— Я быстро учусь и кое-что знаю, в теории, — тем временем заканчивает предложение Влада.
— Забей, принцесса, мне неважно умеет девушка готовить или нет, — отвечаю, когда спускаемся по лестнице на первый этаж.
— Хватит звать меня принцессой, — снова возмущается, и я было почти улыбнулся, но натыкаюсь на одного из охранников в гостиной.
Резко выпускаю руку Влады из своей и делаю шаг вперёд, увеличивая расстояние между палачом и заложницей.
— В чём дело? — задаю вопрос недовольным тоном.
— Продукты привезли, — отвечает и трясёт пакетом.
— В следующий раз оставь на крыльце, — строго проговариваю, забирая у него покупки. — В дом без разрешения не входить!
— Понял, — кивает мужик, бросает взгляд на принцессу, и в его глазах мелькает едва заметная похоть.
— На выход! — рявкаю, периферическим зрением отметив, как девушка вздрогнула от моей резкости.
— Ратмир?.. — аккуратно обращается ко мне, едва охранник оказывается за дверью.
— Они тут для того, чтобы доносить на меня, — отвечаю, заведомо зная, о чём она спросит.