— Я тебе об этом говорила… Я хотела ее защитить. От тебя!
— От меня? Арина, это бесполезно, вы теперь навсегда связаны со мною! Навсегда! Слышишь? — он тряхнул меня.
Саид, прошу тебя… попыталась обнять его, сползти вниз, упасть на колени и в очередной раз выпросить у него шанс на свободу. — Прошу тебя отпусти!!! Дай…
— Арина, второго шанса не будет! Я тебя об этом предупреждал! От меня если ты и уйдешь, то в мир иной! — внезапно отпустил голову, и как-то нехорошо улыбнулся, глаза загорелись сумасшедшим блеском.
— Хотя нет, ты можешь собирать свои манатки и уйти.
— Правда? — не поверила в его слова, даже замотала головой.
— Правда. Одна. Навсегда. Без права на дочь. Видишь, я даю тебе выбор, не все могут похвастаться такой роскошью! — осознав смысл сказанного, открыла рот и тут же закрыла. — Выбирай: или ты со мною с Анной, или ты одна!
— Саид…ты не можешь так… ты не можешь быть таким жестоким!!! Я ж не против, чтобы ты приходил к нам, я не против даже, если Анна будет ездить к твоей матери, я просто хочу, чтобы твоя жизнь не прикасалась к нам, я не хочу постоянно жить в страхе за нас, оглядываться через плечо и постоянно быть с посторонним человеком, которого ты приставишь для безопасности! И потом зачем тебе ребенок с кучей диагнозов, когда у тебя родился здоровый сын??? Зачем мы тебе??
— Все сказала? — он приподнял бровь, нисколько не тронутый моей тирадой. — Я детей не делю, для меня все равны, все получают равное количество моего времени, моего внимания, моего содержания, никто у меня не ходит в любимчиках. Анна моя дочь, как и все остальные, и мне плевать, что ты там себе нафантазировала, мне плевать, в качестве кого ты останешься возле нас, выбор за тобою. Хочешь свободы, вали, никто не держит, хочешь видеть, как растет ребенок, оставайся.
— В качестве кого? — заранее уже сделав выбор, было интересно какую роль отвел мне Саид в своей жизни.
— Жизнь покажет! — ушел от ответа, направляясь к двери, но на минутку задержался, чтобы небрежно швырнуть крестик на тумбочку. — Чтобы я его не видел! Все последующие решения ты заранее обсуждаешь со мною, и только я решаю, быть или не быть!
— Ты не прав… — тихо произнесла, смотря на него напряженную спину. Не обернулся, ничего не сказал. Просто вышел из палаты.
Все утро меня трясло. Не знала, хочу ли выходить за пределы роддома в мир, который ничего хорошего не предвещал. Саид убивал своим равнодушием, официальностью. Все врачи, все выписки, документы несли ему, меня не замечали, меня игнорировали. Пока меня приводили в божественный вид приглашенный стилист, я краем глаза наблюдала за Саидом. Он в своей тройке темно-синего цвета напоминал модель, сошедшую с глянцевого журнала для деловых мужчин. Был до скрежета красив, но бесконечно чужим. Я его ненавидела, ненавидела его диктаторские замашки, ненавидела его контроль, его авторитарность. Он душил своей властью. Но при всем этом где-то в глубине души я тосковала по нему, удивлялась себе, как можно после всего произошедшего хоть что-то испытывать положительное к этому человеку. Мне нужно было уйти от него, нужно было бежать не к Гере, а куда-то дальше, в деревню, спрятаться, чтобы он никогда меня не нашел. Второго шанса не будет…Теперь Саид навечно меня связал с собою, дочь он никогда не выпустит из своего поля зрения. По тому, как хмурились его брови, как неврологи заикались, произнося длинные непонятные фразы, как они сглатывали и что-то уже объясняли, Саид сделает все возможное, чтобы ни одно слово по поводу здоровья Анны не подтвердилось. Я видела по глазам, для него это стало своего рода вызовом.
— Ты готова? — он посмотрел на меня долгим взглядом, когда нас оставили все посторонние люди. Сцепила руки перед собою. На мне было кружевное платье с пояском чуть ниже колен цвета кораллов, босоножки на тонкой шпильке, прическа-макияж, мой вид полностью соответствовал образу Саида. Он медленно подошел ко мне, достал из внутреннего кармана коробочку. Я задержала дыхание. Там оказалась подвеска с сапфиром и бриллиантами, сережки и кольцо.
Стояла, не шевелясь, пока его пальцы умело справлялись с застежкой, осторожно застегнул сережки, на левой руке безымянного пальца, как обручальное кольцо, занял место тонкий ободок, усыпанный мелкими камушками. Его рука прошлась от груди к бедрам, вызывая дрожь. Нет, не отвращения, а черт бы побрал, возбуждения. Я завороженно смотрела на его губы. Каждый раз, попадая в ауру его чувственности, его запаха, его сексуальной энергии, мой здравый смысл растворялся в пространстве, вперед выходило совсем не то, чего мне хотелось бы испытывать к нему. И когда его губы завладели моим ртом, немного жестко, нетерпеливо, по-хозяйски вторгаясь внутрь и проверяя языком все ли на месте, застонала. Саид обхватил одной рукой меня за талию и прижал к себе, я ощутила его эрекцию, его возбуждение. Он и не стремился скрывать, что хочет меня, даже прикусил губу, утробно зарычав.