— Нельзя две веры вмещать в себя!
— Арина, я сказал не лезть! И точка! — прошипел Саид, утрачивая над собой контроль. Глаза его яростно пылали, боль в руке усиливалась, по мере того, как он сжимал мой локоть. Я со стиснутыми руками наблюдала, как разжевали финик, потерли малышке десна, как аккуратно сняли чепчик, Наиль ловко сбрила волосики. Я плакала, слезы текли по щекам, Саид продолжал держать меня, не давая и шанса вмешаться. Дочь даже не проснулась, лишь пару раз закряхтела, но не более того.
— Красивая, как и родители! — Ахмет Рамзанович, наконец-то, передал мне ребенка. Я жадно вглядывалась в родное личико, вдыхала ее запах, свойственный только младенцам. Анна видно почувствовала запах молока, завертела головой и тоненько запищала. Не глядя ни на кого, направилась в спальню, закрыв дверь, скинула неудобное для кормления платье, взяла малышку на руки и мурлыча какую-то мелодию, приложила к груди. Боль смешалась с блаженством. Да, грудное вскармливание было сложной наукой, это был наш первый опыт, когда Анна сама сосала грудь, до этого ее кормили моим молоком, но через зонд. Для нее поток был слишком быстрый, она захлебывалась, отворачивала голову и плакала. Вместе с нею плакала и я. То, что казалось таким естественным, у нас не получалось. Кое-как управившись, наевшая дочь сразу же уснула. Положила ее на середину кровать, погладила по щечке. Заставила себя подойти к гардеробной, выбрать платье с вырезом, чтобы было удобно доставать грудь. Нужно позже в интернете заказать подходящую одежду. Когда я появилась в гостиной, две пары мужских глаза замерли на вырезе платья, затем Ахмет Рамзанович деликатно отвел взгляд в сторону, Саид недовольно поджал губы. Разрядила обстановку Наиль, она накинула мне на плечи шаль, прикрыв грудь, повела в столовую, где уже был накрыт праздничный стол. Молчание давило. Никто не заговаривал. Я вяло ковырялась в тарелке, есть совсем не хотелось.
— Арина, тебе нужно есть! — голос Саида прозвучал слишком резко, заставив вскинуть голову от неожиданности. — Мне надоело наблюдать, как ты гоняешь еду по тарелке.
— Я не хочу есть.
— Мне плевать! Ешь!
— Саид! — рука Наиль попыталась лечь ему на ладонь, но он раздраженно ее скинул, прожигая меня бешенным взглядом. Я посмотрела на старшего Каюма, который с любопытством смотрел на сына, потом перевел спокойный взгляд на меня.
— Арина, поешь немного, подумай о дочери! — мягкий голос Наиль успокаивал, не хотя, закинула в рот кусочек тушеной картошки и мяса. После обеда я спряталась в спальне, легла на кровать, наблюдая за Анютой, не заметила, как задремала.
Проснулась, кто-то нежно гладил меня по щеке. Потерла глаза. Рядом сидел Саид. Испуганно встрепенулась, когда заметила, что Ани рядом нет.
— Она с матерью. Только проснулась.
— Она, наверное, голодна, — торопливо спустила ноги, но Саид удержал меня.
— Не спеши, ее развлекают и пока нужда в еде отпала. Нам надо поговорить.
— О чем?
— Я сейчас с отцом ухожу, рядом с тобою остается мать, она тебе поможет освоиться и принять роль матери. Завтра приедет врач, осмотрит Аню, после он скажет куда вам нужно будет поехать. В общем каждый день вы чем-то будете заняты. Рустам остается при тебе, — достал с карманов ключи, протянул мне. Я взяла связку и нахмурилась, руку холодил серебристый брелок «Инфинити».
— Что это?
— Я твою машину продал, а эта своего рода подарок за дочь. У вас же принято получать подарки за рождение детей.
— Ты же мне подарил украшения, — пальцем покрутила кольцо.
— Это наши традиции.
— Саид, отпусти…
— Закрыли тему. Раз и навсегда.
— Как ты тогда собираешься равнозначно делить себя на пятерых детей и двух жен, хоть я тебе и не жена?
— Если ты хочешь стать моей женой, мы это организуем, моя вера позволяет иметь несколько жен.
— Я пошутила…
— Жаль, я думал, ты на полном серьезе подумываешь взять мою фамилию! — он не улыбнулся, даже голос был серьезен, как никогда.
Некоторое время смотрел мне в лицо, поджал губы и ушел. Я легла обратно на подушку. Быть его женой… Истерично засмеялась. Даже в страшном сне мне такое никогда бы не приснилось, как и мое сегодняшнее положение.
15
Армина
Было странно наблюдать за Саидом, который играл в футбол с мальчишками, дарил тактильные ощущения, постоянно их обнимал, заваливал на газон, в общем вел себя не лучше своих детей. Таких моментов было немного, только вот последнее время чувствовалось какое-то деление времени с его стороны на внимание к детям. Даже Аману перепадало от Саида, часто перед сном они вдвоем прогуливались во дворе, сын был то на руках, то в коляске. Я выдохнула, если Аман не остался в стороне, значит он полноценный Каюм, Саид вряд ли бы стал находить время для него, будь тот сыном Фарида. От мысли о другом мужчине стало тоскливо внутри. Мне сейчас как-никогда хотелось ласки, нежности, любви, но Каюм был слишком поглощен своими делами последнее время, приходил домой таким уставшим, вымотанным, что сразу же после обязательного часа общения с детьми, ложился спать и моментально засыпал. Иногда я находила его в кровати полностью одетым.