«Сегодня утром… в собственной квартире был обнаружен…. Каран Дудаев, владелец популярного в городе клуба… Известно, что вчера в клубе была проведена проверка, которая выявила ряд нарушений…
Друг, а также совладелец клуба, Саид Ахметович Каюм воздержался от комментариев по поводу смерти…» — монотонный голос ведущего отдалялся, я высунула голову. На экране телевизора показывали Саида, выходящего из того самого подъезда, куда ночью он совсем недавно заходил. Был весь в черном, глаза скрывали знакомые очки авиаторы, рядом был Фарид и еще несколько незнакомых мужчин.
Какой же лицемер!!! Ага, самоубийство!!! Я истерично рассмеялась, потом зарыдала в голос, кусая одеяло, завывая, как собака. Как же было трудно дышать после всего этого! Как же трудно себя собрать по кусочкам и начать жить с чистого листа.
Мобильник мой жестоко напоминал, что за окном есть жизнь, что там, где-то ходят, радуются, смеются люди. Мне пришлось встать, потому что телефон не замолкал. Некоторое время смотрела тупо на экран, думая, что он еще мне скажет.
— Да, пап.
— Арин… Роман разбился. Сегодня утром его машина вылетела навстречку и столкнулась с другой машиной. Завтра похороны, — его последующее молчание было ответом на мои не озвученные вопросы.
Прислонившись к стене, сползла вниз. Телефон выпал из рук.
Закрыла ладонями лицо. Я- пустота. Меня нет ни в прошлом, ни в будущем. Даже в настоящем для меня не находилось места. На плечи навалилась вся тяжесть бытия, заставляя чувствовать себя старухой.
Мой мир окончательно рухнул, как поверженный врагом город. И у моего врага было даже имя — Саид.
— Саид-Было утро, а уже невозможно было нормально дышать. Последний месяц лета всегда был самым жарким. Слегка распустил галстук, сжимая руки в кулаки. Оказывается, я человек и мне свойственно тоже бояться. Да, сидел в своем тонированном, непробиваемом джипе и боялся выйти. Боялся увидеть в ее глазах ненависть, которую не смогу преодолеть. Которая сожжет меня заживо. События последних дней даже меня покоробили, пошатнули мое спокойствие.
Вздохнул. Вечно прятаться не могу, рано или поздно мы должны будем встретиться, и, наверное, в сложившихся обстоятельствах ее ненависть самое логичное чувство по отношению ко мне. Но почему так больно внутри??? Почему у меня ощущение, будто режут изнутри?? Посмотрел на свою ладонь, где виднелась глубокая рана.
Физической болью я пытался перекрыть душевную. Получилось не очень, только Армину напугал, когда она вошла в кабинет и обнаружила меня с кровавым ножом, с безумным взглядом.
Взял с соседнего сиденья букет красных роз с шипами, вышел, надевая сразу же солнцезащитные очки. От солнца, от косых взглядом людей. Я кожей ощущал их ненависть, их презрение, их страх. Никто не осмелился мне прямо в лицо высказать все подозрения, все обвинения в смерти Романа Берзникова.
Арина даже в черном была невыносимо прекрасна, до боли родной.
Стояла особняком, рядом с отцом и, тут пришлось сжать зубы от злости, Герой. Приехал! Не прошло и года. Но вновь взглядом уперся в Арину. Черное кружевное платье делало ее еще тоньше, сожмешь и переломишь, глаза скрывали большие очки, в руках мяла, крутила белый платок. Как же я скучал!!! Всего лишь несколько дней без нее, без ее голоса, а меня скрючивало, и никакой алкоголь, ни какие наркотики не спасали, а о других женщинах даже думать не хотелось.
Я хотел ее рук, я хотел ее прикосновений, ее легких движений, ее невесомых поцелуев. Я в своей зависимости к ней, ненавидел самого себя! Ненавидел за эту слабость, за то, что готов был ради нее на все, даже опуститься на колени, даже сломать себя своими же руками.
Арина вскинула голову. Почувствовал ее взгляд. И незаметно вздрогнул. Я не первый раз чувствовал на себе этот взгляд полный ненависти, но, наверное, впервые мне не хотелось быть его причиной.
Сжал букет, острые шипы вонзились в ладонь, стиснул зубы от боли, ощущая, как кровь засочилась из недавней раны.
Я не подошел к ним, не произнес общепринятых слов соболезнований, они им не нужны от меня. Что дочь, что отец молча кричали на меня, обвиняя в смерти брата, сына. Только Арина вздрогнула, когда проходил мимо, едва сдерживаясь, чтобы не схватить руки Геры и не переломать их. Он по-хозяйски держал ее за плечи. Положил букет на свежий холм, не задерживаясь в толпе полного осуждения и презрения, вернулся к своему автомобилю.