— Ты вчера кричала так, что сомневаться может только глухой!
— Не буду отрицать, телом моим ты виртуозно пользуешься, но душу…душу ты никогда мою не получишь!!!! Слишком она будет хороша для такого ублюдка! — ей повезло, что между нами было пару метров, что я попятился назад к двери, сжимая-разжимая кулаки, но потом передумал уходить и по-звериному оскалился. Арина широко распахнула глаза, вмиг утратив свой боевой запал. Сделав глубокий вздох, усмиряя свою вспышку ярости, медленно подошел к кровати.
Она дернулась на самый край в противоположную сторону.
— Иди ко мне! — почти спокойно позвал ее, рассматривая испуганное лицо. Арина в отрицании замотала головой. — Иди сюда, я не трону, только смажу твои губы мазью, чтобы быстрее зажили, — она еще больше забилась в угол. — Арина, ты своим поведением делаешь хуже.
— Я сама. Просто покажи мне баночку.
— Нет! — сразу же отрезал, вставая одним коленом на кровать, потянулся к ней. — Или ты сейчас сама идешь ко мне, или я насильно тебя подтащу! — Арина, не хотя все же подчинилась, подползла ко мне. Взяв баночку, обмакнул палец и осторожно прошелся по ее губам. Она скривилась от неприятных ощущений. Мазнул синяк на лице. Я видел, каких сил ей стоило не вздрагивать от каждого моего прикосновения, как она хотела закусить губу, но там и закусывать нечего было. Ударил от души…
— Ложись.
— Зачем? — ее глаза вновь расширились от ужаса, вцепилась мертвой хваткой в одеяло, которое держала узлом на груди.
— У тебя же и между ног все порвано.
— Я сама.
— Угомонись. Просто абстрагируйся, представь, что я типа врача! — на секунду задержал дыхание, когда увидел, что уголки ее губ дернулись в подобие улыбки. Зверь во мне хотел лизнуть ее шершавым языком, показать, что виноват в своем срыве, как и все хищники зализать свои и ее раны. Арина собиралась видно не согласиться, но поняла, что бессмысленно со мною спорить. Легла на спину и вытянулась по стойке смирно. Мне самому пришлось себе напомнить, что исполняю роль врача, потому что, увидев ее ссадины, покраснения, ярость на самого себя накрыла волной. Животное!
Чудовище! Ну не зря же окрестили Крейзи, в своей агрессии я сметаю все на своем пути, не особо вникая кто передо мною. Арина не могла контролировать свое тело, оно просто тряслось, пока растирал мазью всю внутреннюю сторону бедра, пока мои пальцы проникали во внутрь. Сука! Просто моральный урод! С усилием воли отстранился от девушки, встал.
— В обед сама все смажешь! — это было самое разумное решение, иначе я сорвусь и трахну, опять грубо, опять против воли, опять с привкусом крови на губах, даже ругая себя последними словами.
Несколько километров пешей прогулки мне сейчас просто необходимо. Взял со стула ветровку военный расцветки.
— Саид! — окликнула, когда я находил возле двери. Оглянулся через плечо. Арина вновь закуталась в одеяло. — Ты меня отпустишь?
Некоторое время рассматривал ее лицо, не моргая. Да, отпущу, на тот свет если, и то еще подумаю. Но этого не сказал, промолчал. Пусть сама придумывает варианты моего ответа на свой вопрос.
Арина
Когда проснулась, я хотела умереть. Просто не чувствовать боль своего тела, боль своей души. Не хотела даже понимать, что произошло. Я знала, что он не спал, его дыхание вызывало мурашки вдоль позвоночника. Даже когда накрутил прядь волос на палец и потянул, я не шевелилась, делала вид, что сплю. Потом он ушел.
Знала, что вернется, но временное одиночество дало сделать вздох с рыданиями. Теперь понимаю, почему женщины после изнасилованья чаще всего кончают жизнь самоубийством или навсегда остаются со сломленной психикой.
Его прикосновения были для меня, как ожоги. Я вздрагивала, не в силах унять свой страх. Когда его глаза похотливо заблестели, я чуть не закричала, чтобы не трогал меня. Видно Каюм услышал мой безмолвный крик, не тронул в порыве своего желания, но и быстро ушел, не удостоив даже ответа на мой вопрос.
Сколько по времени я пробыла одна, было невозможно понять. Саид не возвращался, мне он и не нужен был, лучше вообще его не видеть.
Однако мое одиночество нарушили и в комнату вошла женщина. Она без тени удивления поставила поднос с едой на стол, по-хозяйски осмотрела комнату на наличие бардака, задержалась взглядом на разбитой лампе. Что-то крикнула на непонятном мне языке, пришла уже девушка, выслушала и кивнула. Через пару минут заявилась с пылесосом, вчерашний погром быстро ликвидировала. Стало стыдно перед незнакомыми людьми.
— Поешь! Организм быстрее придет в себя после стресса, — спокойно по-русски сказала мне женщина, подошла к стулу, где оказывается лежала одежда Саида. Знакомая мне белая рубашка, классические черные брюки. Судя по поведению этой женщины, она знала Каюма достаточно хорошо и не боялась. И даже не вздрогнула, когда он собственной персоной возник на пороге, хмуро на нее посмотрел, но промолчал. Скинул куртку на стул и сел за стол, придвинув поднос к себе, включая ноутбук.