— Саид, это не тебе, а девушке! И еще с немытыми руками! — возмутилась женщина. Я с любопытством посмотрела, как Каюм поджал губы, послушно встал и направился в ванну.
— Не продадите секрет управления этим человеком? — шепотом спросила, улыбаясь сквозь боль. Она встряхнула рубашкой, улыбнулась и покачала головой. Саид вернулся, сел обратно за стол и, утыкаясь в ноут, отломил лепешку.
— Саид! — в голосе женщины зазвучали металлические нотки. — Твой обед на кухне!
— Мам, она все равно есть не будет! Обычный протест заключенных, так чего добру пропадать! — взял ложку, зачерпнул бульон, судя по пару и запаху, только сварили. Я удивленно приоткрыла рот, рассматривая уже пристальнее женщину. Она поджала недовольно губы, теперь было понятно в кого пошел этот мужчина в мимике. В остальном все же Саид больше взял от своего отца, того я тоже в интернете успела рассмотреть. Интересно почему родители живут не вместе? И девушка, которая убиралась, сестра?
— Даже в самой строгой тюрьме чашку чаю и сухарик выдают! — заметила, когда его мать вышла из комнаты. Саид бросил на меня смеющийся взгляд. Он демонстративно отломил еще кусочек лепешки, обмакнул ее в бульоне и с блаженным выражением закинул в рот. Живот жалобно заурчал. Последние дни я толком не ела.
— Ты издеваешься? Да?
— Да. Я знаю психологию людей. В знак протеста обычно все отказываются от еды, некоторые от сна, выражая таким способом, что не покорились. Но на самом деле это полная глупость, организм истощается, и ты сначала превращаешь в подобие человека, потом умираешь.
— И многих ты так доводил?
— Ты есть будешь? Тут еще жаркое, — ушел от ответа Саид.
— У меня нет одежды? Не буду же я все время ходить с одеялом! В машине был мой чемодан, Саид, можно его мне? И вообще, где моя машина?
— Мне на все вопросы ответить сразу? Я бы предпочел тебя видеть без одежды, зрелище еще то, в твоем чемодане из всей одежды, приличной можно назвать только джинсы, футболку да рубашку.
Остальное сплошной стриптиз. Машина в гараже, подальше от посторонних глаз. Все? — черные брови приподнялись. Я кивнула, можно сказать, мне еще развернуто ответили. Он похлопал по своей коленке, приглашая на нее сесть, только вот игривый жест никак не вязался с потяжелевшим взглядом. И улыбка стала напряженной.
Когда-то я бы и не раздумывала над приглашением, а сейчас передернула плечами, это не укрылось от его глаз. Саид встал, направился к шкафу, что-то вытащил, оказалось всего лишь его футболка и спортивные штаны.
— Вечером притащим твой чемодан, а пока надевай мою одежду.
— Ты уверен, что это мой размерчик? — его футболка могла вместить меня две. На штанах оказались шнурки. — Отвернись! — попросила, его губы дернулись, но послушно повернулся к окну. Я быстро переоделась, оказывается в одежде чувствуешь себя намного увереннее, даже без нижнего белья.
— Все!
Саид ухмыльнулся, вернулся к столу, беря по дороге еще один стул.
Поставил чуть поодаль. Я села на него и поджала ногу под себя. Мне придвинули поднос. Он особо ничего не съел, только лепешка основательно поредела. Взяла ложку, зачерпнула бульон.
— Ай! — вскрикнула, когда горячий суп обжег разбитые губы. Так есть хотелось, что было невтерпеж дуть. Мужская рука отобрала у меня ложку, и я завороженно смотрела, как Саид подул, попробовал сам, только после этого поднес мне. Было даже страшно пошевелиться, пока он кормил меня, как маленькую, осторожно касаясь губ. Было непривычно ощущать его заботу после вчерашнего.
— Ты так же кормил своих детей? — рука дернулась и остатки бульона пролились ему на штаны. Он схватил салфетку, промокнул пятно, глаза не поднимал. Взял второе. — Я наелась! — откинулась на стуле, как сытый кот. Но сердце ныло от его молчания.
— А жену ты тоже в какой-то деревне спрятал? — опыт ни черта меня не учит. Сколько бы на одни и те же грабли не наступай, повторяешь глупые ошибки. Только по напряженным плечам, по тому, как он медленно помешивал еду, но не ел, понимала, что меня слышат. — Ну, расскажи мне хоть что-нибудь про себя??? Про настоящего!