— Я понял. К Арине могу зайти?
— Да, она в одноместной палате.
Мы пожали друг другу руки, направился к Арине. Приоткрыв дверь, увидел, что она не спала, смотрела в окно. Когда вошел, повернула голову и резко попыталась сесть, датчики запищали об учащенном пульсе.
— Арина, все хорошо! — подошел к кровати, погладил по бледной щеке.
Волосы ей заплели в косу, бескровные губы попытались улыбнуться, но только дернулись. Я жадно прильнул к ним, ощущая сухость, обвел языком каждую трещинку, она осталась безучастной.
— Что с дочкой? Почему она не со мною? Почему мне ничего не говорят? — из глаз потекли слезы. — Она умерла? — откуда-то в этом слабом теле появились силы, Арина схватила меня за предплечья обеими руками и стиснула. — Саид, скажи мне правду!!!!
— Она жива, еще слабенькая, но сама задышала. Она будет жить! — присел на кровать, хотел обнять, но Арина вжалась в подушку, смотрела на меня настороженно.
— Ты не врешь?
— Не в моих правилах.
— Как раз в твоих, ты всегда скрываешь правду!
— Арина, я не вру, с дочерью все хорошо в сложившейся ситуации.
— В какой ситуации?
— Арин, ты понимаешь, что все прошло не как обычно, она родилась недоношенной, она родилась семимесячной, ей написали кучу диагнозов.
— Каких диагнозов? Она инвалид?
— Что ты несешь! — раздраженно вскочил на ноги, запуская руки в волосы. Ни один из диагнозов не подтвердится, это уже было моим принципом, на зло, вопреки. — Сейчас она в реанимации, за ней ухаживают самые лучшие врачи, медсестры. Ей все дают самое лучшее. Сегодня она сама задышала, Марат сказал, что позже ее переведут в отделение интенсивной терапии. За ней нужен просто другой уход, другой подход. И да, она будет отставать в развитии от своих сверстников, но это только сейчас, потом она будет у нас самой лучшей, умничкой и красавицей! — повернулся к Арине. — Она не хуже других, она просто сейчас другая.
— Говори, как есть, слишком много воды и никакой конкретики. В любом случае она всегда будет со мною, какой бы диагноз ей не поставили. Это мой ребенок!
— Наш!
— Мой!!! Ты никакого отношения к ней не имеешь!!! И то что сейчас с ней происходит, виноват только ты!!!
— Я??? Почему?
— Потому что, Саид, слишком много за тобой грехов, дети не должны за них отвечать!!!! Только не Анна!!!
— Ты несешь полный бред!!!
— Я хочу, чтобы ты нас оставил. Навсегда!
— Арина, — сжал кулаки, не в силах поверить в ее слова, в то, что она говорит на полном серьезе после пережитого. — Давай мы поговорим с тобою позже, когда придешь в себя! — ответом была лишь изогнутая бровь. Выдохнул. — Я на пару дней уеду из города по делам, особо не переживай, просто поправляйся. Марат Данилович твой врач, по всем вопросам обращайся к нему, мой номер у тебя есть, звони в любое время суток! — хотел подойти к ней и поцеловать, но Арина поджала губы, смотрела на меня колючи, неприязненно. Отвернулся, пряча руки в карманы брюк. Лишь бы не прибить сегодня никого, разбираться то и не буду, прав или виноват.
Арина
Она была копией Саида. Невозможно было отрицать их родство, это любой мог заметить, едва только взглянув на смуглую мордашку с копной черных волосиков. Хмурила бровки, как он, поджимала губки в тонкую линию, как он, наверное, даже сопела сердито, как он. Она была такой крохотной в своем кувезе, такой маленькой, беззащитной, одинокой. Я стояла возле стеклянной перегородки и рыдала, глядя на ее тоненькие пальчики, на то, как она поджимает ножки. Так хотелось взять ее на ручки, прижать к себе, но нельзя, она еще не могла самостоятельно регулировать температуру своего тела. Хорошо, хоть дышала без трубочек, рядом лежали детки, которые были подключены к аппарату дыхания.
— Хорошенькая! — рядом встал Марат Данилович. Несколько минут мы смотрели на Анну и молчали.
— Когда нас выпишут?
— Не знаю. Еще пара дней точно будете под наблюдением.
— Марат Данилович, — я повернулась к врачу и выпалила: — Не могли бы вы пригласить батюшку и разрешить обряд крещения? — Марат Данилович опешил, он шокировано смотрел мне в глаза, нервно улыбаясь. Я даже не заметила, как он с вежливого «вы» перешел на личное «ты».
— Ты случаем с ума не сошла? Саид тебе этого не простит никогда!
— А почему я должна учитывать его мнение, он никто для нее.
— Арина, ты глубоко ошибаешься…
— Ошибаюсь? — вспылила. — Вы знаете кто такой Саид Каюм? — по тому, как дернулась голова врача, он прекрасно знал его и не просто по фамилии. — Так вот, я не настолько верующая, но осознаю, что за наши с ним грехи, в частности за его деятельность, Анна отвечает!!!