— Да, пап.
— Арин… Роман разбился. Сегодня утром его машина вылетела на встречку и столкнулась с другой машиной. Завтра похороны, - его последующее молчание было ответом на мои не озвученные вопросы. Прислонившись к стене, сползла вниз. Телефон выпал из рук. Закрыла ладонями лицо. Я – пустота. Меня нет ни в прошлом, ни в будущем. Даже в настоящем для меня не находилось места. На плечи навалилась вся тяжесть бытия, заставляя чувствовать себя старухой. Мой мир окончательно рухнул, как поверженный врагом город. И у моего врага было даже имя – Саид.
-Саид-
Было утро, а уже невозможно было нормально дышать. Последний месяц лета всегда был самым жарким. Слегка распустил галстук, сжимая руки в кулаки. Оказывается, я человек и мне свойственно тоже бояться. Да, сидел в своем тонированном, непробиваемом джипе и боялся выйти. Боялся увидеть в ее глазах ненависть, которую не смогу преодолеть. Которая сожжет меня заживо. События последних дней даже меня покоробили, пошатнули мое спокойствие.
Вздохнул. Вечно прятаться не могу, рано или поздно мы должны будем встретиться, и, наверное, в сложившихся обстоятельствах ее ненависть самое логичное чувство по отношению ко мне. Но почему так больно внутри??? Почему у меня ощущение, будто режут изнутри?? Посмотрел на свою ладонь, где виднелась глубокая рана. Физической болью я пытался перекрыть душевную. Получилось не очень, только Армину напугал, когда она вошла в кабинет и обнаружила меня с кровавым ножом, с безумным взглядом.
Взял с соседнего сиденья букет красных роз с шипами, вышел, надевая сразу же солнцезащитные очки. От солнца, от косых взглядов людей. Я кожей ощущал их ненависть, их презрение, их страх. Никто не осмелился мне прямо в лицо высказать все подозрения, все обвинения в смерти Романа Берзникова.
Арина даже в черном была невыносимо прекрасной, до боли родной. Стояла особняком, рядом с отцом и, тут пришлось сжать зубы от злости, Герой. Приехал! Не прошло и года. Но вновь взглядом уперся в Арину. Черное кружевное платье делало ее еще тоньше, сожмешь и переломишь, глаза скрывали большие очки, в руках мяла, крутила белый платок. Как же я скучал!!! Всего лишь несколько дней без нее, без ее голоса, а меня скручивало, и никакой алкоголь, никакие наркотики не спасали, а о других женщинах даже думать не хотелось. Я хотел ее рук, я хотел ее прикосновений, ее легких движений, ее невесомых поцелуев. Я в своей зависимости к ней, ненавидел самого себя! Ненавидел за эту слабость, за то, что готов был ради нее на все, даже опуститься на колени, даже сломать себя своими же руками.
Арина вскинула голову. Почувствовал ее взгляд. И незаметно вздрогнул. Я не первый раз чувствовал на себе этот взгляд полный ненависти, но, наверное, впервые мне не хотелось быть его причиной. Сжал букет, острые шипы вонзились в ладонь, стиснул зубы от боли, ощущая, как кровь засочилась из недавней раны.
Я не подошел к ним, не произнес общепринятых слов соболезнований, они им не нужны от меня. Что дочь, что отец молча кричали на меня, обвиняя в смерти брата, сына. Только Арина вздрогнула, когда прошел мимо, едва сдерживаясь, чтобы не схватить руки Геры и не переломать их. Он по-хозяйски держал ее за плечи. Положил букет на свежий холм, не задерживаясь в толпе полного осуждения и презрения, вернулся к своему автомобилю.
Достал из кармана платок, перевязав им ладонь. Посмотрел на Фарида.
— Дай сигареты! – мне передали пачку. Под внимательным взглядом помощника не с первого раза закурил. Выдохнул дым. – Что там?
— Как ни странно, все банально. Напился, наглотался таблеток, сел за руль. Не справился с управлением и вылетел на встречную полосу, где столкнулся с другой машиной. Он умер сразу, наверное, даже не понял, что произошло.
— А предвестники его срыва?
— Тебе имя назвать? Ты же сам лично сказал ему про видео. Парень просто сломался, не выдержал морального груза.
— Все дороги ведут ко мне! – беззлобно усмехнулся. Не думал, что Роман окажется таким слабаком. Испугался непонятно чего, толком не разобравшись в угрозах. Не удивительно, что бизнес Берзниковых был убыточным последние годы.
— А этот откуда взялся? – имя мужа Арины даже произносить не хотелось.
— Утром прилетел. Но на сегодня уже взял билет обратно. В Москве его уже ждут. Кстати, она уже беременная от него!
— Да? И как интересно он собирается выкручиваться? - вопрос я задал риторический, мне было плевать, как Гера будет выворачиваться из того дерьма, куда влез. – Фарид, - затянулся, следя краем глаза за парнем, - что с Арминой? - он вздрогнул. Я сразу же насторожился, внешне никак не проявляя свой интерес, будто спросил для слова. Интересненько, кажется, в погоне за решениями своих проблем, я упустил из виду кое-что под носом. Словно погруженный в свои мысли, следил за Фаридом. Палится, хотя пытается сохранить лицо, но глаза выдают. Хм, надо присмотреться к Армине, ту будет просто раскусить, она не умеет притворяться. В последнее время мне было не до нее.