— Раздевайся! – тихо приказал, от этого голоса с хрипотцой меня подбросило, как от электрического тока.
Я осознала, что не хочу даже дышать с ним одним воздухом. Отрицательно потрясла головой. Саид недовольно подвигал челюстью, часто задышав. Понимала, что злю, но не могла добровольно делать то, что он хотел. Нет, лучше уж бороться, кусаться, царапаться, но не сдаваться. Он двинулся в мою сторону, я кинулась к окну, была идиотская мысль разбить стекло и сбежать. Мне казалось, что я такая ловкая, проворная, но и двух шагов не сделала, как больно схватили за волосы и потянули. Двинула локтем ему в грудь, Саид, видимо, не ожидая такого разжал пальцы. Рванула к столу, схватила настольную лампу и швырнула в него. Он увернулся. Раздался звон. На секунду мы замерли.
Если я думала, что Саид был уже злой, то теперь поняла, что до этого он просто сердился. Сейчас его глаза заполыхали яростным огнем. Ему потребовалось всего один прыжок, чтобы оказаться возле меня. Я попыталась отбежать в сторону, но меня прижали к столу за спиной. Как и все женщины в момент насилия банально пустила в ход ногти. Целилась ему в лицо. Он попытался уклониться. Почувствовала, как ногти вонзились в кожу лица, видела, как на загорелой коже проступают красные борозды. Саид ударил наотмашь. Ударил так, что голова дернулась в сторону, во рту появился вкус крови, в ушах – звон. Словно контуженная, не в силах сопротивляться, услышала треск разрываемой ткани, холодная сталь срезала, резала мою уже не пригодную для ношения одежду. Я вяло противилась, пока приходила в себя после удара. Саид уже стянул с меня шорты, по швам разорвал трусики, развернул к себе спиной, уложив на поверхность стола, фиксируя мою голову рукой. Вскрикнула, когда его твердый, агрессивный член разорвал меня изнутри, он трахал меня насухую, не собирался подготавливать, ждать ответного желания. Он действовал, как в условиях войны, когда требовалась быстрая разрядка, а на пути встретилась женщина. И было плевать хочет она этого или нет.
Никогда мне не было так больно. Никогда я так ненавидела человека всей душой, всеми частями своего тела. Слезы текли по щекам, чувствовала, что лицо уже находилось в луже моего собственного моря. Из меня вырывались всхлипы, тихий скулеж, в то время как Саид, так и не издал ни одного звука с момента моего появления, кроме приказа: «Раздевайся». Я только его чувствовала, его стальные тиски одной руки на бедре, его член, который почему-то становился все больше и больше, словно до моего прихода наглотался возбудителей. Ноги уже подкашивались, силы меня медленно покидали, а конца этого безумия не наблюдалось.
На секунду с моей головы убрали руку, но только для того, чтобы грубо отодрать от стола и швырнуть на кровать. Я забилась в изголовье, выставляя перед собой схваченные подушки. Саид усмехнулся, стянул с себя футболку. Смотрела на него, как жертва на насильника, хотя это так и было. Он поманил меня рукой, я замотала головой, вжимаясь в спинку кровати. Тогда схватил меня за ногу и резко потянул на себя, заставил сесть перед собой, нажав на мои щеки – вставил в рот член. Я чуть не задохнулась, дернулась в сторону, но меня крепко держали. Учитывая, что губы у меня были разбиты, а размер его возбужденного органа поражал воображение даже опытных, я и наполовину не сумела его принять. Помня про зубы, а с ними не хотелось расставаться, закрыла глаза, отключив все эмоции от происходящего. Они мне не помогут, проще позволить ему сделать со мною все, что взбредет в сумасшедшую голову.
Никогда не пробовала на вкус его сперму. Не доводилось. А сейчас глотала ее с рвотным позывом. Наивно полагала, что теперь он успокоится, но в очередной раз ошиблась. Саид держал меня за голову и смотрел прямо в глаза, не позволял их опустить, закрыть. Я все так же сидела перед ним, с его членом во рту. Что он хотел увидеть в моих глазах, не знаю, но отстранился, от неожиданности вздрогнула, когда его рука прошлась по волосам, медленно стягивая резинку. Обхватил меня за лицо, потянул на себя, прильнул к губам. Я сморщилась от боли, но его язык нежно скользил по моему разбитому рту, он не просил ответа, он просто целовал меня для себя. Не грубо, но и без чрезмерной ласки.