Очнулась, когда машина остановилась, и я с удивлением посмотрела на свой дом. Возле подъезда уже сидели любопытные соседки со своими питомцами. Они молчаливо рассматривали внедорожник. Я повернулась к Саиду, посмотрела на него в упор. Он позволял на себя смотреть, не спрашивал, не указывал, просто терпеливо ждал, когда я выйду. А я этого не хотела… Я ждала, когда он скажет мне, что не отпустит и будет всегда держать возле себя. И не услышит от меня и слова протеста, с радостью кинусь ему на шею. Но Саид хранил молчание.
— Я пойду! – сказала, а сама смотрела в его голубые глаза и умоляла остановить. Он склонил голову набок, словно раздумывал над чем-то, иронично улыбнулся. Достал из внутреннего кармана пиджака мой телефон и какую-то карточку.
— Что это? – нахмурившись, рассматривала серебристый пластик карты.
— Телефон. И карта. Фирму твоего отца я обанкротил, все работники получили компенсацию и рекомендации. Так что не думаю, что у тебя возникнут проблемы устроиться на престижную работу. В новом городе.
— В новом городе? – разочарование душило, я пыталась спокойно дышать, не показывая никому, как меня задели его слова.
— Да, Арина. Ты должна в течение недели покинуть город. Я никогда никого не отпускал. От меня уходили только в мир иной или оставались навсегда рядом. Ты стала исключением. Поэтому пользуйся моей щедростью и беги отсюда. Беги туда, куда обещала, чтобы никогда мы с тобой не встретились. Второго шанса не будет.
— Саид… - я потянулась к нему, готовая сама уже просить его оставить при себе. Он предупреждающе поднял руку.
— Не надо, Арин, просила отпустить, уходи!
— Но…
— Арина! – в голосе Саида зазвучал металл. Поежилась от холодка, который пробежал вдоль позвоночника, его глаза уже смотрели прищурено, отстраненно. Я вышла. Шла к подъезду, чувствуя спиной его взгляд. Чувствуя непреодолимое желание обернуться, нырнуть обратно в салон машины и прижаться к его телу, впиваясь в губы.
— Здравствуй, Ариночка! – пуговки-глазки Полины Ивановны пробежались по мне, метнулись за спину. Я не выдержала и обернулась, сделав шаг вперед. Черный внедорожник тронулся с места.
— Здравствуйте! – вежливо растянула губы в улыбке, намереваясь побыстрее оказаться в своей квартире.
— Как ты? Слышали, что горе в вашей семье!
— Да. Пережили! – односложно ответила и все-таки нырнула в подъезд.
Собственная квартира показалась мне чужой. Я села на диван и растерянно обводила глазами продуманный мною ремонт, замечая хороший слой пыли. Это стало настолько чуждым, родными были простые белые деревянные окна, из которых можно было наблюдать густой туман в горах или ослепительное солнце. Я прикрыла глаза, вспоминая, как босиком бегала по лужайке под смех Саида, как он меня ловил и кружил, потом закидывал на плечо и нес в дом, чтобы потом до смерти зацеловать, брать меня без минуты промедления. Мы расстались всего несколько минут назад, а мне уже сложно было дышать без него. Резко встала, подошла к балкону и распахнула его настежь. В лицо ударил горячий воздух, без намека на свежесть. Я не смогу без него…но мне нужно жить без него. Слезы текли по щекам, смотрела перед собой, перебирая свои воспоминания, как фотографии. Воспоминания, которые приносили не только радость, счастье, но и боль с ужасом.
Не любила Москву. Я не понимала ее бешенного ритма, когда все куда-то бежали, сами не понимая куда. Получив свой багаж, медленно побрела к выходу из аэропорта, где стояли желтенькие такси. Гере не сказала о том, что приеду. Наши разговоры стали какой-то формальностью. Он был со своими мыслями, я со своими, порой мы не в такт отвечали друг другу, поняв это, неловко замолкали, а потом сухо прощались.
Назвав адрес компании, в которой трудился мой благоверный, пыталась придумать объяснение своему внезапному приезду, но потом плюнула. В конце концов, мы муж и жена, уже сколько времени живем раздельно, а это ненормально. О том, что у Геры может быть другая женщина, допускала мысль, да и Саид безжалостно развенчал прекрасный образ мужа. Однако я готова была перевернуть страницу и начать с чистого листа. Забыть Саида, забыть все, что было связано с ним. Получалось плохо, но я старалась. Вот и сейчас слезы защипали глаза, а рука сжала телефон. Сколько раз мой палец замирал над его номером, сложно даже посчитать. Можно было удалить контакт, но я уже знала все цифры, разбуди ночью – без запинки продиктую его мобильный.