Ощущаю неловкость из-за того, что устроила ему экзамен, но кажется, Саша этого ожидал. Настолько хорошо меня знает? Он ведь мой муж и… должен знать. Оглядываю пространство, но ничего не ёкает. Место кажется незнакомым, будто я здесь впервые.
— Давно вы купили этот дом?
— Может, перейдём на «ты»? Всё-таки, мы немножко женаты. — Чуть улыбается мужчина.
— Наверное, стоит. — Соглашаюсь я. — Так, давно?
— Несколько лет назад.
— Ясно.
Накормив меня, Саша будто бы испытывает облегчение. Читаю по мужскому лицу. Он довольно привлекательный, но не смазливый. Непохож на бабника. У него внешность… порядочного человека. Странная ассоциация, но какая есть. Льдистые глаза, от которых должно бы веять холодом, на самом деле очень тёплые.
Без зазрений совести разглядываю своего… мужа. Даже язык не поворачивается назвать его так вслух. Высокий, явно не пренебрегает качалкой. И пахнет от него свежестью. Будто вдыхаешь морозный аромат. А руки тёплые, согревающие. Такой вот странный контраст.
— Прости, я так пялюсь…
— Ничего, смотри. И привыкай.
— Что со мной случилось? По мне будто танк проехал. — Морщусь и Саша порывается меня уложить. — О, нет! Погоди. Мы ещё не закончили.
Вспоминаю про естественную нужду. Очень всё это неловко. Терплю, пока не сообщая. Хочу услышать ответ, да и просить постороннего человека, которого не узнаю отвести меня в уборную, как-то чересчур. Мужа, которого я не знаю.
— Почти так и было. Ты попала в аварию. — Вижу как поморщился.
— Оу. И ты не отвёз меня в больницу? — Изгибается от удивления бровь.
— Врач приходил на дом, но ты наверное, этого не помнишь. Он хороший доктор и мой друг, так что переживать не о чем. И всё же, давай обратно, Поля. Ты ещё не настолько сильная, чтобы долго находиться в почти вертикальном положении.
Он укладывает меня обратно, а я не решаюсь сказать о своей маленькой проблемке, которая скоро станет очень большой. Мужчина смотрит на меня так по-доброму, как на ребёнка. Я молчу, оставляя тысячи своих вопросиков на потом.
Андрей поднимается и укатывает столик. Он исчезает из комнаты, а я замечаю дверь, которая наверняка ведёт в уборную. Прикусываю губу, поднимаясь. Боли прям сильной нет, но дискомфорт и неуверенность в каждом движении. Словно я конструктор какой, который разобрать, разобрали, а собрали не совсем правильно.
Хоть на локтях, но я доползу. Сама. Не хочу просить помощи в таком вопросе. Мне очень нужен туалет! Прям позарез. И зачем только пила… Вот я уже сижу. Целое достижение! Пока на диване, а не там, куда мне очень надо. Жди меня, фарфоровый друг, я иду! Громко сказано, конечно. Ещё даже не встала. Страшно. Собираюсь с силами и пытаюсь подняться. Резко простреливает спину. Я не смогла сдержать стон. Дверь едва не слетела с петель, когда влетел Саша. Я рухнула обратно на диван, а по щекам потекли слёзы.
— Что ж ты делаешь, девочка! — Вздыхает неодобрительно. Подходит ко мне и снова порывается уложить.
— Нет! — Останавливаю, хватаясь за его рубашку.
— Тебе нельзя пока, понимаешь?
— Мне надо… — Зажмуриваюсь и выдаю постыдную правду. — Очень надо… Выпустить воду.
— Поль. — Мягонько шепчет моё имя. — Сейчас. Обхвати меня ручками. Вот так. — Подхватывает под попу и я оказываюсь в очень откровенной позе. Прижата к его телу. Несёт меня как повисшую на нём обезьянку.
— Дальше я сама. — Лепечу, когда усаживает.
— Нет, ты не сама.
Мысленно я уже сгорела со стыда и превратилась в пепел. Потому что мужчина, которого я не помню, задрал мою футболку. А точнее свою, но позаимствованную мною. Я сидела голой попой на унитазе и думала, может ли случиться что-то ещё более унизительное. Оказывается, может. Потому, что очень не кстати начались те самые дни…
Из меня вырвался всхлип. Посмотреть на своего… мужа я не решалась.
Глава 5. Ты не исчезнешь
Девочка. Она правда, совсем ещё девочка. Смущается и нервничает по пустякам. Молчала и терпела. Это удивило. Я отвык от подобного. Среди тех, с кем я веду дела и их жён, дочерей, любовниц не водится столь скромных дев. Они скорее акулы, готовые вгрызться зубами в кусок пожирнее. Поля другая.
Она и смотреть на меня стесняется. Подумаешь, увидел голенькой! Да. Я видел её всю. Когда стаскивал с неё чёртово свадебное платье, когда обмывал израненную спинку, когда переодевал. И когда мой друг зашивал её… там тоже. Не мог оставить её наедине с другим. Пусть знал, он порядочный человек, но что-то во мне стремилось защищать Полину от всех.