- Простите, у вас не будет телефона позвонить? – решаюсь задать Ларисе Михайловне единственный интересующий меня вопрос. - Все мои вещи где-то в машине.
- Соня... Неси вот то платье, с манекена сними. – Лариса Михайловна будто не слышит меня. - Цвет похож, я думаю, ей подойдёт.
Ну вот, опять! Колючие слова уже готовы слететь с языка, но вспоминаю, как Лариса Михайловна только что оплакивала первое изодранное платье, и не решаюсь язвить. Еще кольнет иголкой или шпилькой, и так смотрит на меня с таким осуждением, будто я надругалась над святыней.
- У меня было единственное платье Веры Вонг, - Лариса Михайловна наконец-то соизволила обратиться ко мне напрямую, - теперь извини, будешь носить то, что осталось. Веры Вонг ты недостойна.
Молча пожимаю плечами и отворачиваюсь. Недостойна, и ладно.
Продавщица уже разоблачает манекена. Голый безликий манекен выглядит ещё более пугающе, хоть бы с витрины его убрали. Но не говорю им об этом, пусть сами догадываются. К тому же это ненадолго, скоро манекен с платьем воссоединятся, я не намерена продолжать этот балаган.
Позвонить отцу я не могу, но одно мое слово «нет», и всё прекратится. У нас не крепостное право и не рабовладельческий строй.
Послушно поднимаю руки, когда на меня надевают мое новое свадебное платье.
- Иголку с ниткой быстро! – Лариса Михайловна требовательно поднимает руку. - Пару стежков надо сделать, фатой прикроем, не видно.
Я ухмыляюсь, благодаря себя за то, что промолчала. Как чувствовала! Лариса Михайловна с иголкой пугает меня ещё больше, чем будущий муж.
Через пятнадцать минут Лариса Михайловна удовлетворённо отходит от меня на пару шагов и осматривает, как художник своё творение.
- Фу, вроде успели, - поправляет на моём плече фату, – девочки, шампанское несите.
- Я не буду, - испуганно пищу.
- Ты здесь при чём? Это мне!
Кто-то из девочек, Соня или Карина приносят ей бокал с пузырящимся напитком. Лариса Михайловна с удовольствием отпивает, ещё раз критично меня осматривает с ног до головы.
- Нормально получилось. Букета только нет, но это не моя забота. - Делает глоток. - Если Максиму Константиновичу не понравится, то я даже не зна-а-а-ю.
Поджимаю губы, понимая, что к моему будущему мужу, отношение здесь более уважительное, чем ко мне.
- Всё, уводите её...
- Куда? – округляю глаза.
- Я не знаю. – Устало садится на диванчик и снова прикладывается к бокалу. - Я свою работу сделала. Ты же приехала на чём-то....
Вспоминаю пахнущий дешёвым пластиком грязный салон логана, на котором меня привёз Вася, и внутренне содрогаюсь. Боюсь, что с этой юбкой я туда даже не влезу.
Выхожу на крыльцо в гордом одиночестве, придерживаю трепещущуюся на ветру фату. Сегодня не жарко, и я сразу покрываюсь мурашками от холода.
Тоскливо оглядываюсь на витрину с голым манекеном и, придерживая юбки, спускаюсь по ступенькам. Иду вдоль припаркованных на улице машин...
Редкие прохожие с удивлением оглядываются на растерянную одинокую невесту.
- Извините, можно у вас телефон попросить? – обращаюсь к мужчине, идущему мне навстречу. Тот пару раз медленно моргает и лезет в карман.
- Куда ты опять! – Вздрагиваю от того, что за локоть меня довольно грубо хватают. – Быстро в машину!
Оборачиваюсь и утыкаюсь носом в бутоньерку, которая кокетливо торчит из кармана строгого костюма.
Вася. Злой, но очень нарядный.
Не разжимая захват, тащит меня куда-то вперёд, распахивает передо мной дверь белоснежного Роллс Ройса.
- Садись, быстро!
- Ого, - ставлю ногу на хромированную ступеньку, - смотрю, ты тоже времени зря не терял.
- Какого хрена они тебя выпустили? – раздраженно запихивает мои юбки в салон.
- Это из-за Веры Вонг...
- Что? – У Васи на лбу начинает пульсировать жилка. Наверное, он сейчас готов придушить меня за то, что опять чуть не потерял, и с трудом сдерживается.
- Это не важно. Забей, Вася... – отворачиваюсь от него и утыкаюсь взглядом в свадебный букет, лежащий на сиденье. Мелкие кустовые розы и розовые пионы. Какая прелесть!
Беру букет в руки и умиротворённо утыкаюсь носом в цветы. Неужели, хоть что-то в этой свадьбе будет чудесное!
- Это мне? – робко интересуюсь у Василия, который все ещё неумело возится с моим подолом.
Но он оставляет мой вопрос без ответа. Видимо, решил опять поиграть в молчанку. И я понимаю, что спрашивать о том, куда он меня повезет, бессмысленно.
Прижимая к груди букет куда-то опять еду. Моя самооценка, жалобно поскуливая, заползает куда-то под плинтус. Чувствую себя безвольной куклой, которую таскают туда-сюда.