— Он серьёзно ранен. Нужно доставить его в больницу.
— С огнестрелом? Сошёл с ума?! Оставь его, — бьёт по плечу. — Будет приветом нашему другу!
— Очнись, болван. Если он умрёт, это будет на твоей совести. Ермолаев не простит тебе смерть одного из своих!
— Это война за бизнес! Здесь бывают жертвы, — огрызается Карим.
— Я могу ещё раз тебе по тыкве дать, если тебе с первого раза непонятно! Ты слишком далеко заходишь. Слишком!
Глава 8.2
Подхватываю раненого, взвалив на своё плечо. Направляюсь к выходу, а сзади слышатся шаркающие шаги Карима и его болезненные постанывания.
— Куда ты?
— Я отвезу его в больницу. К знакомому, который не будет задавать лишних вопросов.
— Мне тоже нужно в больницу…
Карим задерживает дыхание, каракатицей залезая в джип. При каждом движении он бледнеет и матерится, поскуливает побитой собакой.
— Даже дышать трудно. Хан, не мог быть поаккуратнее? — почти плачет Карим. — У моей жены скоро день рождения, а я как старик…
— Сам виноват. Помолчи, пожалуйста!
— Хан, а что бы ты сделал, если бы он начал в меня стрелять? — не унимается Карим. — Стоял бы и смотрел? Оставил бы мою жену — вдовой, а детей — сиротами?! Так, что ли?
— Заткнись по-хорошему, — угрожаю. — Или остановлю машину, вышвырну тебя на обочину! Домой поползёшь на корячках… Долго будешь ползти и подумаешь о важном.
— Я не…
Резко нажимаю на тормоз. Раненый сползает вниз по креслу, застонав. Выпрыгнув из машины, резким рывком распахиваю заднюю дверь. Карим сжимается, побледнев, и цепляется пальцами за сиденье.
— Вылезай! — командую.
— Ты же не бросишь меня здесь? — оглядывается Карим.
Мы отъехали уже прилично от забегаловки, где обычно собираются люди Ермолаева. Кругом сейчас только пустырь и склады. Ни машин, ни людей. До города добираться далековато.
— Я всё понял! — Карим поднимает ладони в защитном жесте. — Понял-понял. Я сижу молча. Только доставь меня в больницу, на Винницкой улице. Мой семейный доктор осмотрит меня.
— Сначала — раненый. Твой зад может потерпеть!
Немного остыв, я снова завожу мотор, и машина несётся на предельной скорости. Её иногда заносит и даже подкидывает. Представляю, как «приятно» должно быть Кариму. Но он сцепил зубы покрепче и старается не действовать мне на нервы.
Меня беспокоит, что раненый с каждой минутой теряет всё больше крови. Ранение в таком месте, что наложенная из подручных средств перевязка сползает. Лишь бы не умер по дороге в больницу!
Крепко сжимаю руль, матеря себя за то, что полез в эти разборки. С одной стороны, хорошо, что я остановил Карима. Иначе он мог бы пристрелить безоружного мужчину. Есть шанс, что раненый выживет!
С другой стороны, теперь я тоже замарался в криминальных разборках. Наивно полагать, что это пройдёт бесследно.
Неприятный холодок разрастается внутри…
Бумеранг всегда возвращается...
Глава 9.1
Темирхан
Избавился от проблемного брата, оставив его в больнице. Там же оставил и раненого. В больнице сказали, что шансы на выживание у раненого есть и мгновенно повезли его на операцию.
Про брата и говорить не хочется. Карим разохался, как старый дед, пересаживаясь в специальную каталку для инвалидов и стариков. Хотя мог бы и доковылять до кабинета дежурного врача. Не при смерти же!
Стоит только выйти из больницы и свернуть в зону курилки, слышится телефонный звонок. На экране высвечивается имя жены брата. Алия…
Ещё одна головная боль!
Но держать невестку в неведении нельзя. Карим говорил, что он ещё одного ребёнка хочет. Будто ему троих мало. Кто знает, вдруг Алия уже четвёртого малыша под сердцем носит? Моего племянника или племянницу…
Брат у меня непоседливый, надоедливый. Иногда он меня откровенно раздражает так, что видеть его не хочется. Но племянников своих я люблю. Души в них не чаю.