Выбрать главу

- Кто? – спросила я.

- Я не знаю, иди сама и узнаешь, он ждёт тебя в гостиной. – ответил парень и ушёл.

Я решила, что стоит переодеться. Ну не выходить же мне Бог знает к кому в короткой юбке и кофте, открывающей плечи…

Тем более что я хотела выйти погулять, развеяться. Я очень люблю вечер и ночь. Сегодня полнолуние, и я очень хочу погулять под луной.

Найдя свои любимые чёрные джинсы с завышенной талией и белую футболку на одно плечо, но вот вопрос обуви поставил меня в тупик. Белые кроссовки или чёрные балетки? Я думала долго, но всё же выбрала кроссовки. Быстро нанеся лёгкий макияж, я вышла из комнаты.

Моему удивлению не было придела.

- Что ты тут делаешь? – холодно произнесла я.

- Маша, привет! – оживился парень – Я только приехал, не успел даже домой зайти…

- Довольно. Вижу тебя меньше минуты, а уже надоел. – проговорила я, как бы, устало прикрывая глаза, а после, усмехнувшись, продолжила – Ну и кто она – эта несчастная?

- Маша, ты о ком? – спросил он нарочито удивлённо.

- Я спрашиваю, кто она!? – воскликнула я, выделяя последние 2 слова.

- Я тебя не понимаю! – продолжил он свой спектакль.

Он попытался подойти и обнять меня, но я схватила его за руку, которую завела спину. Я может быть и выгляжу хрупкой девушкой, но постоять за себя могу, не зря я брала уроки самообороны.

- Ну, так кто она? – прошептала я, нагнувшись к его уху.

- Отпусти. – попросил он.

Отпустив его руку, я сделала шаг назад, довольно смотря на парня.

- Так кто она, Олег? Это Марина, я права? – продолжила я, презрительно осматривая шатена при последней фразе.

- Маша, ну о чём ты? – не сдавался кареглазый.

- Это она!? – воскликнула.

- Ма… - не сдавался он.

- Она!? – воскликнула ещё громче.

На этот раз он промолчал. А вот я молчать не стала, мне как раз таки, есть, что ему сказать!

  • Знаешь, то, что мой отец видит меня с тобой и только тобой, не значит, что я согласна. – безразлично произношу – Я конечно помню, что наши родители неистово желают видеть нас вместе, но я не глупа и вижу, что происходит, Олег. Молчать я не собираюсь, да и продолжать этот спектакль, тоже не намеренна.

Он молчал, а я продолжила.

- Скоро мне исполнится 15, и там я скажу всё, что должны знать родители. Думаю на этом и закончится вся ложь с моей стороны о том, что всё хорошо. – сделав паузу, произнесла – Какой прекрасный вечер, а ты его портишь своей физиономией…

После этих слов я направилась к двери и, как только оказалась за ней, решила погулять в парке. Обида, которая вновь появилась в душе, червячками разъедала мозг. На душе предательски скребли кошки. Да, чёрт возьми! Он никто! Всего лишь ещё один человек, которого уже давно пора вычеркнуть из моей жизни.

Обняв себя, я только сейчас поняла, какую совершила ошибку. Конец августа, а я в лёгкой футболке, а на улице холодно…

Прикрыв глаза, я вспоминаю, как ещё какой-то год назад я наслаждалась каждым моментом, проведённым рядом с Олегом. Как он шутил, а я смеялась. Я будто снова чувствовала себя живой, снова искренне улыбалась, смеялась и радовалась жизни…

Что изменилось? Я вернулась в жестокую реальность. Сказок не бывает, бывают лишь красивые истории, в которых наивные девочки в розовых очках, бегущие по первому его зову, верят в вечную любовь, а то, что конец у историй всё равно не счастливый предпочитают умалчивать, дабы это продолжалось и дальше. И я больше не верю, что может быть иначе. Какой бы красивой не была история, итог один…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я дошла быстро. Было около девяти вечера, поэтому парк был пуст. Гуляя по парку, я с предвкушением представляла, что уже через месяц листья пожелтеют, и деревья нарядятся в золотые, багряные, оранжевые оттенки осени…

7 часть

Пришла я домой поздно, на часах было уже около часа. Я надеялась пройти тихо через гостиную, по коридору и вот уже моя комната, но видимо, мне не суждено этого сделать. В гостиной сидели все. Папа, Лиза, Ася и Андрей, Крёстная с мужем, Максим и даже Олег, который, кстати, первый заметил меня. Я только ещё появилась на пороге, а он уже преодолел половину расстояния между нами. Он сжал меня в крепких объятьях и, видимо, не собирался отпускать.