Не помню сколько месяцев я приходил в себя, но помню какими мучительными были эти дни: кошмары, боль, ненависть. Они пожирали меня изнутри.
После смерти Кости, мама и вовсе ушла в себя. Я принадлежал себе самому. Я смог выплыть из этого дерьма. Взял себя в руки и вскоре кошмары ушли сами.
Я не стал после этого агрессивным или злым, вовсе нет. Наоборот, стал помогать людям, потому что на своей шкуре ощутил какого это не иметь поддержки в трудный период.
В шестнадцать лет пошли первые сигареты, алкогольные напитки и клубы. Я до утра пропадал в барах веселясь с девчонками и друзьями. Не смотря на мой возраст, я легко мог проходить фэйсконтроль. Зная кто мои родители, охрана не могла меня выгнать. И я пользовался этим.
Не знаю что на меня нашло, но в один день я посмотрел на свое отражение и стал бить себя по лицу. Удар у меня был хорошо поставлен, был опыт в уличных драках.
Кем я стал? Костя вряд ли гордился бы мной. После этого я будто опомнился - занялся учебой и забыл о прежней жизни.
Полгода назад, когда мне исполнилось семнадцать, я решил переехать от родителей. Маме было по барабану, а вот папе нет. Пришлось пообещать ему что мы будем встречаться каждый месяц у родителей в доме.
Был ли я рад? Да, очень. Я решил профессионально заняться музыкой и начал ходить на классы по гитаре и вокалу.
Как я уже говорил, получалось это у меня хорошо и через несколько месяцев мой аккаунт в Инстаграме и Ютубе набрал неожиданно огромную аудиторию. Настолько огромную, что меня стали приглашать выступать на разные концерты по всей России.
Мои песни стали хитом, а клипы были у каждого в рекомендациях. Я начал зарабатывать. Не скажу что я стал миллионером, но квартиру в элитном комплексе и все мое оборудование оплатить я смог.
Моих менеджеров, стилистов и помощников я выбрал сам. Проводил собеседования и приглашал на работу не только квалифицированых, но и приятных в общении.
Моему креативному директору двадцать пять и она была безумно приятной девушкой. У нее был хороший вкус и прекрасное чувство юмора. Была бы она помладше, может у нас даже что-то и получилось. Она прикольная, но кажется у нее уже есть какой-то ухажер.
Так я несколько минут стоял у мусорных баков, пока та странная девочка не скрылась из виду на своем скейте. Она кстати неплохо катается, даже могу сказать - уверено. Надо тоже научиться.
Глава 4. Жизнь
Того полоумного типа я больше не видела. В принципе, после того дня я даже не вспоминала о нем.
Дина продолжала ходить на свою работу. Понятия не имею чем она там занимается. Может потом прослежу за ней.
Уже близилось первое сентября. После работы Дина заехала в школьное ателье и привезла мне школьную форму: черный галстук, юбка, пиджак и рубашка с коротким рукавом. Я поморщила носик.
—Не нравится? — погладила меня по голове Дина.
—Юбка. — только и сказала я.
Она была чересчур длинной. В такой ходить я не смогу.
—Мы можем ее укоротить.
—Хорошо,— согласилась я. — но ты мне поможешь.
—Конечно.
Может я всё-таки смогу здесь освоится? Здесь не так уж и плохо. Включив телефон я посмотрела на циферблат - 20:40.
—Черт. — я побежала к окну, но солнце уже давно скрылось во тьме.
Вроде, ничего такого не случилось, но на душе стало грустно. Как я могла забыть? Я села на подоконник и прислонилась к окну.
Прости мама. Прости меня. Я пропустила наш закат...
Я сама не поняла как в холле выключился свет, как кто-то уложил меня в кровать и как я заснула в полной тишине.
Я впервые заснула спокойно. От меня исходило давно потерянное тепло и уют. Будто кто-то или что-то зарядило меня энергией и спокойствием одновременно. Гармония.
* * *
Как оказалось у этого спокойствия есть лимит, так как сегодняшним утром я вновь проснулась напряженной с чувством что скоро что-то случится. Проснулась я к полудню и Дины уже не было дома.
Стало грустно. До первого сентября остались считанные дни, а я весь день сижу дома. Чуть подумав я взяла скейт сестры и помчалась на улицу.
Ветер обдувал лицо и выбившиеся пряди волос щекотали шею. Я решила обследовать наш жилой комплекс. Не знаю зачем, но как только я выехала из магазина я заглянула на мусорку. Того парня больше не было, но чувство что за мной кто-то следит не пропадало. Вернувшись домой, я сразу позвонила Насте. Спустя пять гудков я услышала до жути родной голос: