Мы сверлим друг друга взглядами целую бесконечность. Воздух между нами уже трещит от напряжения и разрядов молний, которые летят в меня с бешеной скоростью. Я жду ответов. Мне жизненно важно услышать, что Саша не планировала ничего подобного и просто ошиблась, подумав, что ее дерзкий рот никто не захочет заткнуть вполне классическим способом.
Она открывает рот, чтобы что-то сказать. Пухлые губы выглядят охренительно, так что приходится сдержаться, чтобы не пройтись по ним большим пальцем. Передумав, Саша поджимает губы, словно заметила, что я бессовестно пялюсь.
Тишину разрезает звон пощечины. Саша бьет сильно и уверенно, а я даже не успеваю увернуться. Щека вспыхивает жаром. В кровь впрыскивается новая порция адреналина, а злость уже разгоняется по венам.
— Думай обо мне что хочешь, но не смей меня оскорблять! — поднырнув под руку и воспользовавшись моей растерянностью, Саша спешит к выходу.
Я делаю шаг за ней, все еще с трудом соображая. В башке звенит, но не от силы удара, а от шока. Она только что меня ударила. И мне стоило охренеть каких сил сдержаться и не обездвижить ее. А еще не наброситься на ее рот, из которого, как из пулемета, вылетают слова. Заткнуть его своим.
Но даже в этой ситуации я по-джентльменски собираюсь ее проводить.
— Саша, стой, — прошу, понимая, что в ближайшие пару минут не догоню ее, и она снова попадет в какое-то дерьмо.
— Отвали! — не оборачиваясь, показывает мне фак.
В два счета справившись с замком, девчонка открывает дверь и сталкивается с Мари. Та осматривает малую придирчиво, как одну из своих малышек, готовых на все. Взгляд этой женщины на долю секунды вспыхивает, но Саша, к счастью, этого не замечает — буркнув «Извините», сбегает.
— У тебя пять минут до выхода. Одевайся, — бросает мне Мари и, проигнорировав тот факт, что от меня выбежала девчонка, выходит, прикрыв за собой дверь.
В душе пылает вулкан, кожа горит, а сердце тарабанит так, что скоро пробьет ребра. Я не понимаю, что со мной происходит, но уверен на триста процентов, что мои эмоции взвинтила одна блондинистая зараза, которая сбежала, вильнув хвостом.
Смотрю на аккуратно сложенную форму и перчатки. Если ярости нужен выход, лучше выплеснуть ее на ринге.
Глава 8
Саша
Иду прямиком к нашему столику. Сердце колотится так, что скоро вылетит прямиком на ринг. Прижимаю руку к груди, надеясь унять бешеный ритм. Дыхание сбивается, я лавирую в толпе, звуки доходят как через толщу воды. Меня кто-то хватает за плечо. Не обернувшись, сбрасываю руку и уношусь прочь.
Мысли лихорадочно скачут, подкидывая мне новые сюжеты развития событий в одной раздевалке за служебной дверью. Я облизываю пересохшие губы. Тело горит огнем. В бомбере становится жарко, но я не решаюсь его снять.
До сих пор не могу прийти в себя. Гордей вел себя так, словно у нас отношения и я ему задолжала объяснения. Он не сделал ровным счетом ничего — только жалил словами, но мне и этого хватило, чтобы потерять равновесие и полететь в бездну.
Сейчас я понимаю, что многие из его слов были правдой. Мои действия действительно противоречащие, я с Гордеем делаю одно, с другими — обратное. Тяжело истолковать намерения. Только вот это не моя вина, а этого несносного засранца, рядом с которым я теряю себя.
Кто-то влетает в меня сбоку. Руки сжимаются на плечах, не давая мне упасть. Я стою на ногах крепко. Парень, извинившись, продолжает движение. Тоже следую в нужном направлении.
Вот уже наши места. Савелий вертит в руках бутылку. Перед ним какая-то девушка, которая что-то ему доказывает. На ней короткие шорты и топ, едва прикрывающий грудь. Вызывающий наряд дополняет броский макияж и зачесанные назад волосы. Девушка выглядит эффектно, но мой брат на нее даже не смотрит, сверлит взглядом бутылку и односложно отвечает на вопросы. Не выдержав, девушка бросает что-то явно ядовитое и, резко крутанувшись, уходит. Савелий смотрит ей вслед, но быстро возвращается к созерцанию бутылки. Если бы я не знала, что мой брат бегает от отношений, подумала бы, что передо мной разворачивается любовная драма.