— Так, давай-ка выходи из машины. Нечего тут реветь на виду у соседей, — выбираюсь первым. Обойдя тачку, открываю дверцу и подаю руку.
Она чуть не плачет, а у меня мозги плывут. Пипец, что женские слезы со мной делают. Хотя нет, дело в том, что это ее слезы. Ноющих девиц я видел предостаточно, а изнутри ломает только от Сашкиных.
Снова сжимаю ее руку в своей. Захожу в подъезд. Тут тоже пусто. Поднимаемся на лифте, я торможу перед их дверью. Санька смотрит на меня, вниз по щеке срывается слезинка, которую малая сама же быстро стирает.
— Можешь подождать Савелия тут со мной? — переминается с ноги на ногу.
Мои слова подобны выстрелу себе же в ногу, но я все равно их произношу, потому что не хочу оставлять ее одну:
— Давай подождем.
Глава 13
Гордей
В просторной гостиной быстро становится душно. Это из-за неловкости и напряжения, витающего между мной и Сашей. Она садится на диван, я падаю в кресло. Так нам находиться на одной территории комфортнее. Мы не друзья — просто в сложной ситуации я оказался рядом и смог помочь. А теперь я всего лишь жду ее брата, чтобы после уехать.
Пишу Савелию сообщение, что я отвез Сашу домой и жду его тут. Прошу приехать как можно скорее. Малая наблюдает за мной лишь изредка, больше рассматривает свои дрожащие пальцы и глотает слезы, сдерживаясь из-за меня.
— Сань, расск…
— Нет, не спрашивай, пожалуйста, — качает головой и резко вскакивает. Отходит к окну, двигает штору, отрезая нас от света уличных фонарей. Она заламывает пальцы и, обернувшись, долго смотрит сквозь меня. Не по себе становится, но я не двигаюсь — не провоцирую новый приступ истерики. Санька потерянная, и как ее найти, я не представляю. — Может, потом как-нибудь расскажу тебе. Пока давай просто помолчим.
Она так и стоит у окна, больше не двигается. Как статуя.
Поднявшись, иду на кухню и делаю нам чай. Краем глаза слежу за малой. Стоит. Кажется, даже не дышит. Вперила взгляд в одну точку. Жутковатый видок.
Что должно произойти в один миг, чтобы превратиться из вздорной девчонки в сомнамбулу? Она кому-то бабок должна? Вроде Савелий говорил, что их отец — влиятельный и неприлично богатый человек. Судя по машине, на которой гоняет Саша, так и есть. В чем же тогда проблема? Накосячила по-крупному и сбежала из дома от гнева отца? Ну не разыскивает же он ее тут, в самом деле! Это уже совсем бред какой-то.
Взяв одну чашку, иду к Сане. Она не смотрит на меня, но вздрагивает, когда попадаю в поле ее зрения.
— Возьми, — осторожно передаю ей кружку. — Только аккуратно, горячий. С медом и лимоном.
— Ого себе… — на выдохе и потрясенно. Уголки моих губ приподнимаются в улыбке. Саша протягивает руку — пальцы немного дрожат, — а затем касается моей ладони. Ее кожа — лед, на контрасте с горячей керамикой ощущается особенно сильно.
Обхватываю ее запястье, тоже холодное. Быстро трогаю щеки и кончик носа. Девчонка морщится и пытается отстраниться, но я не позволяю. Всучив кружку, усаживаю на диван.
— Пей, а потом дуй в душ греться.
— Окей, папочка, — произносит и тут же кривит губы. — Что еще сделать?
— Не лезть в неприятности и не бесить меня? — предлагаю с усмешкой. Кажется, после чая она начала оживать, и я вместе с ней. До этого даже дышал наполовину.
— За такое чаем не расплатишься, — улыбается в ответ, отвешивая мне ментальный апперкот. В мозгу звездочки, а перед глазами только Сашка. И в этот момент я готов отдать все, что у меня есть, чтобы мы продолжали наш разговор.
— Пришли мне свой прайс.
— Если это способ взять мой номер телефона…
— Просто запиши, — пожав плечами, протягиваю свой мобильный.
— Ни за что, — качает головой. В глазах появляется озорной блеск. А мои, наоборот, тухнут. В смысле ни за что? Я лицом не вышел или чем еще? — Мы не друзья, Гордей.
Не друзья, тут она права. Друзей не хотят поцеловать.
Я не знаю, что влияет на мои желания: полумрак в гостиной, отсутствие каких-либо отношений, дерзкий характер Саши или ее манящие губы, но факт есть факт. Мне хочется их попробовать — укусить, облизнуть и поймать ответ.
— Но соседи. И я лучший друг твоего брата.
— Если мне понадобится помощь, я постучу в твою дверь.
— Заметано, — киваю.
Нужно отступить, пока не наделал глупостей. Просто сделать два шага назад, чтобы грудь перестало распирать и мысли упорядочились.
Мы снова замолкаем. На этот раз в тишине есть что-то умиротворяющее. Иногда посматриваем друг на друга, точнее, Саня на меня — я на нее безостановочно пялюсь. Красивая она пипец, даже колючий язык ее не портит. Вся ладная, при фигуре, волосы нереально густые и очень мягкие, до сих пор вспоминаю, как приятно они ощущались. И вроде ничего в ней нет особо выдающегося, взгляд же опять колючий, но меня тянет, причем сильно.