Лена не чувствовала угрызений совести и смогла бы доказать, что права, но сердце ее все же застучало тревожно.
— Я ее уволила,— спокойно заявила она.
Влад взглянул на нее так, словно не поверил своим ушам.
— Что ты сделала?
— Уволила ее.
— Не можешь ли ты объяснить, за что?
— Конечно, могу. Я не согласна с ее методами воспитания детей.
Он удивленно приподнял брови.
— А себя, значит, ты считаешь специалистом? — Голос звучал ехидно.
— Кое в чем я неплохо разбираюсь, милый, а в том, что касается моего ребенка,— особенно хорошо! Кроме того, я за эту неделю прочитала несколько книг по воспитанию детей. Целых четыре. И вот пятую читаю.
— И ты всерьез считаешь, что четыре книжки могут заменить образование и опыт работы?
— Да! — выпалила Никольская, напрочь забыв о выработанной тактике.— Я хочу кормить девочку, когда ей хочется есть, а не когда прикажет нянька, и буду брать ее на руки, когда она заплачет. А вот чего я не хочу, так это прятать следы существования ребенка в доме. Раз уж Кате случилось жить здесь вместе с нами, то это и ее дом тоже, и я не верю, что детей не должно быть ни видно ни слышно. И, более того, прости меня, Влад, если это тебя задевает, мне просто не нравится эта Машуля! Я нахожу ее самодовольной, высокомерной, спесивой и узколобой. И если ты считаешь, что я могу доверить такой особе нашу с тобой дочь, так знай, я не могу и не хочу!
Она замолчала, чтобы перевести дух.
— Вот это да,— тихо сказал Никольский.— Запоминающееся выступление!
— Готова подписаться под каждым своим словом, милый!
— Вижу.
— А ты не возражаешь?
Влад пожал плечами.
— Мне-то что? А вот каково тебе придется без няни? Может быть, ты хочешь заменить ее на другую, не такую спесивую и узколобую? Или собираешься брать Катюшу с собой на работу?
Теперь настало время для следующего броска.
— Я не собираюсь возвращаться на работу.
— Чтооо? — недоверчиво переспросил он.
— Не знаю, на какой срок, но возьму отпуск или как он там называется, чтобы постоянно быть с Катей!
— Но я всегда считал, что для тебя очень важна карьера.
— Не более чем моя дочь,— тихо ответила Лена.
— А что ты собираешься делать целыми днями? Печь хлеб?
Неожиданно для самой себя Никольская улыбнулась. Ей понравилась мысль, что она готова делать то, что Влад только что предложил!
— С удовольствием,— сказала она.— И еще лепить куличики и рисовать пальцем в небе и долго-долго гулять...
— Довольно,— сказал Влад, подняв руки. Однако его вдруг вспыхнувший взгляд выдавал то, что он приятно удивлен.— Принимаю твое предложение. Если ты сама так хочешь...
— Хочу.
Лена заметила, как муж нахмурился.
— Но, Влад, если ты переживаешь из-за того, что я не буду зарабатывать на жизнь...
Серые глаза тут же превратились в щелки, радостного удивления в них как не бывало.
— Мне плевать на это,— грубо ответил он.
После этого, видимо решив, что предмет разговора исчерпан, он опустив плечи, пошел прочь.
Глава 26.
— Ты не забыла про вечер? — спросил он уже стоя на пороге гостиной.
Честно говоря, про показушный вечер она и думать забыла, но уверенно ответила:
— Конечно, я помню!
— Гости приедут завтра вечером, примерно от половины восьмого до восьми. Поставщики доставят провизию сразу после полудня, в это же время приедет обслуживающий банкет персонал. Всем занимается одна и та же фирма. Тебя это устраивает?
Лена опустила голову. Ей претил официальный тон мужа — она все-таки мать его ребенка, а не какая-то полузнакомая женщина и не его подчиненная.
— Вполне,— спокойно ответила она.— Ты не мог бы сообщить, сколько будет гостей?
— Около пятидесяти, — подчеркнуто-вежливо ответил Никольский.
— Сколько?!!
— Не переживай! Я попросил свою секретаршу разослать приглашения, она все организует, не выходя из офиса.
— Как мило,— обиженно заметила Лена.— Удивляюсь, почему ты не попросил ее сыграть роль хозяйки...