– Кир…
– Иди, Миш, – она уже замкнулась, закрылась от меня! – Спасибо за подарки, я ценю, но…
– Арчи улетит в Японию, Кир. Тогда приходи ко мне, – даже мне слышно, как я жалок!
– Он остаётся, – ответила она и добавила чуть тише. – Ради меня…
Я сглотнул. Шах и мат. От брата. Разнёс меня подчистую. Камня на камне не оставил. Прошёлся по мне с косой и всё скосил…
– Миш, – она вдруг шагнула ближе и заглянула в глаза. – Я тебя прощаю, Миш. Но ухожу. И дороги назад нет.
“Ухожу”.
Отчего в ушах такой звон? Будто что-то разбилось… что-то важное, что-то ценное…
– Позволь мне хоть иногда с тобой встречаться? Иногда, – я стоял перед ней как попрошайка, но иначе не мог.
Она была моим центром. Моим солнцем. И она сожгла мой мир.
– Ладно, – кивнула медленно, будто нехотя. – Только ты звони заранее.
Конечно. Я же теперь чужой.
Бросил на неё последний взгляд и, собрав волю в кулак, вышел из квартиры. Лифт привёз меня вниз. Еле переставляя ноги я доплёлся до машины и повалился внутрь. Из меня будто вытащили позвоночник. Словно лишили меня стержня. И не дали никакой новой опоры.
Завёл двигатель. Поехал. Какие-то дома, какие-то улицы, какие-то люди. И я один – теперь без семьи, теперь без дома.
Я вспомнил день, когда решил жениться на Кире. Я был уверен, что мы с ней навсегда. Что она – самое постоянное в моей жизни. Мой якорь. Моя душа. Мое… мое всё. Я знал, что мы всё преодолеем, со всем справимся. Что мы – больше, чем обычные муж и жена. Я был уверен в Кире на сто процентов – не в плане измен, а в плане… поддержки, принятия, искренности. Я был уверен… Но, выходило, что жестоко ошибался.
Не случилось “навсегда”.
Наша семья перестала существовать, и в моей груди зияла здоровенная дыра – без жены, без подруги, без любовницы. Без моей Кирочки.
Теперь она – для Арчи. Теперь он – ее мужчина.
А я так, бывший.
Кожа на руле скрипнула – так сильно я его сжал.
Не слишком осознанно я огляделся. Вокруг меня хмуро стояли серые дома неблагополучного квартала. Не так далеко от того места, где мы поругались со Стасей в прошлый раз…
Как я здесь оказался? Видно, ехал совсем не сворачивая. Да и плевать.
Плавая в своих паршивых мыслях я свернул в сторону, чтобы скорее попасть на объездную дорогу. Там можно будет как следует притопить педаль газа – городское ограничение в 60 километров в час не остужало мое сгоревшее сердце.
Впереди у дороги показалась компания из трёх человек, и подъехав ближе я с каким-то странным безразличием узнал в них Стасю, дредастого и патлатого. Они спорили. Парни убеждали девушку в чём-то, а она была категорически против.
Не мое дело? Разумеется.
Да мне вообще было наплевать, но цыпа выглядела слишком яростной, слишком рассерженной, слишком недовольной. И я притормозил рядом с ними.
Парни стояли ко мне спиной и не заметили меня, а Стася увидела. Узнала. Я приглашающее открыл пассажирскую дверь и услышал концовку спора:
– Это дерьмо! И вы, свиньи, барахтаетесь в нем и меня за собой тащите! – рычала цыпа, отталкивая парней руками. – Так что знаете что? Идите-ка вы оба!..
Она показала им средние пальцы на обеих руках и грохоча здоровенными ботинками по асфальту пошагала ко мне.
– Стась, так дела не делаются! – дредастый предпринял попытку остановить ее, но она вновь показала ему тот же жест.
– Ты не понял?!
И бросив на них уничижительный взгляд девушка села ко мне в машину. Оглушительно хлопнув дверью цыпа резко повернулась ко мне. Ее серые глаза пылали вызовом: “Ну давай же, давай, попробуй задать мне хоть один вопрос!”
Вот только ее свирепый огонь попал на выжженную поляну.
Я окинул ее почти безразличным взглядом, непроизвольно подмечая выбившиеся из длинной косы волосы, явно мужскую безразмерную толстовку, кусочек коротких джинсовых шорт, красивые колени… и руки, с силой сжимающие края разорванной сумки.
Да мне вообще все равно, цыпа…
Молча я перевёл взгляд на дорогу, отпустил тормоз и рванул вперёд.
Самаритянин
Я мчался по трассе быстрее основного потока. Вслед мне сигналили и, наверняка, осыпали проклятиями, но мне было плевать. Я просто гнал вперёд, убегая от убийственных мыслей. Чуть правее, нырнуть между машин и увернуться от кириного “я ухожу”. Ещё быстрее, подрезать тачку слева, проскочить на моргающий зелёный и оторваться от ее “останусь с Артуром”.
Мне казалось, что если я поднажму ещё немного, то вполне достигну скорости света или даже скорости времени и тогда окажусь в прошлом, где Кира – ещё моя и где мы ещё семья.