У меня опускались руки. Казалось, что всё бестолку. А иногда казалось, что ничего и не было. Словно я вообще всё выдумал.
И брата в том числе…
Я редко уезжал в свою студию, предпочитая оставаться в клубе. То работал с документами, то протирал бокалы в баре.
Периодически замирал возле закрытой двери гримерки Стаси. Я всё еще был зол на нее. Хотелось открыть эту чертову дверь и переломать всё, что было там внутри. Хотелось сжечь её в адском пламени. Хотелось утопить все постеры и яркие лампочки в грязной канализационной воде.
Но я только сжимал и разжимал металлическую ручку двери, потому что…
Только потому что толку от моей ярости не было. Ядовитой змейке в любом случае было бы наплевать, так?
Так…
Мы с ней много раз ругались, много раз прекращали общаться, но именно в этот раз мне казалось, что это конец.
Окончательный.
Её молчание для меня звучало предательством.
И как я ей сказал – после предательства можно было вычеркнуть человека из своей жизни.
И я чувствовал в себе те чернила, которые могли бы вычеркнуть Стасю из моей жизни.
Почти как тогда, когда вскрылась правда о её идеально отыгранной роли.
Только на этот раз гораздо жёстче.
Гораздо непримиримее.
Гораздо неотвратимее.
И если в тот раз это ощущалось как сгорание заживо, то сейчас я весь будто вымерз изнутри.
Скрипучая ледяная вечная мерзлота.
Не пробить.
Не растопить.
Не сгладить.
И боль от её предательства смешивалась с переживаниями за брата, превращаясь в гадкий коктейль, от которого хотелось выть во всю глотку.
А на задворках сознания маячил болезненный вопрос: почему, почему именно она оказалась связана с этим?..
Она – против которой у меня не было оружия.
Она – на чью милость я уже сдавался сотни раз.
Она – по чьему желанию я умирал и воскресал.
Я позорно спрятался в кабинете. У меня не оставалось сил – только сокрушающая душу вина за то, что Стася вообще появилась в наших с Арчи жизнях. За то, что из-за меня нечто опасное закрутилось над головой моего брата. За то, что я никак, никак не мог ему помочь.
Хотелось вырвать сердце из груди – только бы спасти его…
Но я бездействовал. Бездумно пялился в экран ноутбука, где были открыты какие-то бесполезные таблицы. Курил дерьмовые шоколадные сигареты. Нарезал неровные круги от окна до двери и обратно.
В один из этих кругов дверь неожиданно распахнулась, и передо мной появился патлатый. Он вошёл внутрь и воинственно уставился на меня.
– Что? – устало выдохнул я, оперевшись на стол.
Во мне уже не было сил даже на вежливое приветствие.
– Стасе там… плохо.
Усталость брала свое или разочарование – я не знал. Только ни один мускул не дрогнул на моем лице. Ни одна мысль не проскочила в голове. Ни одна эмоция не шевельнулась в сердце.
Я тупо смотрел на патлатого и ждал.
Он переступил ногами и быстро огляделся.
Видимо, другой реакции ждал… Ну да, в прошлый раз за цыпу я же его чуть не порвал.
Но сегодня боятся ему нечего…
– Она сама не своя. Странно себя ведёт… Митяй сказал, что это связано с вами.
Патлатый выжидательно посмотрел на меня.
Я что, был долбанным экстрасенсом? Посмотри мне в глаза, и я скажу тебе, что со Стасей…
На что рассчитывал этот парень, придя сюда?
– Мне сейчас не до нее, – сухо сообщил ему.
Но патлатый не внял моему посылу. Вместо этого он подошел ближе и уставился на меня своим серьезным взглядом:
– Она может сделать что-то плохое.
Пфф!
– Она уже сделала что-то плохое, – не удержался от колкости я.
— Нет же, она правда в очень опасном состоянии! – не унимался этот тип.
Я усмехнулся. В моем рукаве был козырь:
– В прошлый раз она рыдала на моей кухне, потому что ты лишил её девственности.
Да, умение учиться на своих ошибках – одно из главных в жизни.
Но патлатый не проникся.
– Это по глупости, как вы не понимаете? Она же совсем, совсем не такая!
– Судишь по её словам или по её поступкам?
Честно говоря, мне уже начал надоедать этот разговор. Вряд ли один из нас убедит второго в своей правоте.
– Вы просто не знаете причин, – раздраженно ответил патлатый.
– Ну так давай, – я пожал плечами. – Просвяти меня.
Парень заткнулся. Я ожидал, что он еще постоит, потопчется и уйдет, потому что – ну что там за невероятные причины для поведения Стаси? Кроме ее излюбленной игры на нервах.
Вот именно…
Маленькая эгоистичная непуганная самовлюбленная…
– У нее есть сестра.