Дэн взял меня за руку и повёл к танцующим, под звуки музыки. Я успела лишь заметить, как Алекс наблюдает за нами. Взгляд острый и хмурый.
Белое платье, белая фата
В объятьях нежных и страстных кружится голова
Сердцу такой родной, теперь он будет всегда с тобой
Белое платье, белая фата
В объятьях слёз и улыбок будете навсегда
В сердце поставь печать, и можно горько кричать.
(Муз. Зарисовка: Чай вдвоём- " Белое платье."
Прим. Автора)
Дэн кружил меня по залу. Но мы оба видели, что Алекс не сводил с нас глаз. Хотя возле него и стояла брюнетка с пышной грудью, которая выпирала из её чересчур откровенного декольте. Девушка тронула Алекса за плечо и что — то сказала на ухо. Он в ответ, лишь отрицательно покачал головой. В этот момент я решила сделать ход конём. Под звуки последнего припева, гости закричали " Горько" и я поцеловала Дэна. Естественно, муж не ожидал такой подставы. Но и прилюдно оттолкнуть меня от себя, он тоже не мог.
— Что ты творишь, — процедил сквозь зубы Дэн, отстраняя меня, но по — прежнему держа в объятиях. Рядом остановились в танце родители Алекса и родители Дэна.
— Хочу убедиться наверняка! — улыбнулась я, и посмотрела в сторону Никонова. Но его не было, на прежнем месте.
— Если у него сорвет планку, плохо будет всем. Зачем ты его цепляешь? Пацан и так держится! — ворчал на меня Егоров.
— Ты то, что переживаешь, твоей Лизы тут нет! — прошипела я.
— И за что, мне всё это! В моей жизни, ваше присутствие! Вы же с ума сведете! — покачал головой Дэн и увёл меня с танцпола.
— Вы так красиво смотритесь вместе, не нарадуюсь на вас, — произнесла мать Дэна.
— Согласна, красивая пара, — сдержанно повторила мать Алекса, стоящая рядом с четой Егоровых.
Мы сели за свой стол, пройдя мимо родителей Алекса, мне стало неуютно. Никонова, так и не было в зале. Неужели и правда психанул. Я мысленно, уже начала себя корить, за столь импульсный поступок.
Гости расселись, некоторые вышли на улицу, часть осталась танцевать. Я сделала глоток шампанского. Мысль, где же находится Алекс, не давала мне покоя. Я огляделась по залу, в поисках той брюнетки, которая стояла рядом с ним. Но она сидела за столиком, с другими парнями и девушками.
Минут тридцать прошло, а Никонов так и не появился. Я допила свой бокал и закрыла глаза. Неужели, мы так и будем метаться. Устала. Хочу просто быть счастливой. Счастья хочу.
Заиграла песня Звонкий — " Ностальжи", я повернулась к танцполу. В этот момент, я взглядом столкнулась с Алексом. Он стоял рядом со мной.
— Я приглашу твою жену, на танец! — не спрашивая, а утверждая, произнёс Алекс.
— Что ты удумал? — спросила я его, но он уже тащил меня к танцполу за руку. На глазах у всех. Дэн не противился, просто проводил нас настороженным взглядом.
— Ещё раз, ты его поцелуешь и я, за себя не отвечаю, Ника! — грозно, но тихо произнес Алекс, обнимая меня за талию. Но держа, на приличном, для танца расстоянии.
— Если ты забыл, он мой муж! — откуда взялась эта дерзость, я не знала, но решила поиграть с ним дальше.
— Ну и что! Если мы все знаем, что любишь ты меня!
— Ты как всегда, слишком самоуверен!
— Хочешь проверить!? — изогнул Алекс одну бровь и прижал меня к себе.
— Нет! Не здесь и не сейчас! На нас все смотрят, не прижимай меня! — шипела я на него. Я заметила, что к Дэну подсел его отец и что — то ему говорит, на что Дэн раздражённо жестикулирует руками.
Давай, раз и навсегда все перевернём
Это будет мир, в котором лишь мы вдвоём
В городе, чёрном как чай мы как миражи
Новый рассвет встречаем, это ностальжи
(Муз. Зарисовка Звонкий — " Ностальжи"
Прим. Автора)
Алекс пропел припев, прямо мне в ухо, склоняясь слишком близко.
По телу пробежали мурашки. Внутри сердце выпрыгивало. Как я соскучилась по нему. По его приколам, манерам, прикосновениям.
В этот момент, в нас врезается Роман и Дарья, разбивая нашу пару и меняя партнёров. Я оказываюсь с Романом в паре, Алекс с Дашкой.
— Что вы творите? На вас, весь зал смотрит! Сейчас родители вас четвертуют, — танцуя произносит Роман. Он кружит меня, но близко к паре друзей, чтобы мы могли слышать друг друга.
— Танцевать нельзя? — язвит Алекс.
— Вам? Лучше не стоит! — усмехается Ромка, — там Дмитрий Борисович, тебя уже мысленно кастрировал. Думаю, твой батя ему в этом поможет! — продолжает стебаться Егоров.